Я ждал реакции от авторитета, как и Лея. Шепелев наклонился к Полине, и в его руке сверкнула какая-то игла.

А затем увидел, как на щеке этого ублюдка появились две кровавые точки. Авторитет схватился руками за укус, роняя оружие и начиная остервенело его чесать. Не прошло и пары секунд, как он смирился и размяк в кресле, загадочно улыбнувшись.

«Ффух, вроде успела, — в моей голове раздался запыхавшийся голосок Леи. — Хотела сначала пустить медленный яд — когда кожа облезает и глаза лопаются. Но вспомнила твои слова и впрыснула состав попроще. В общем, он стал лапушкой. Теперь все расскажет».

Люди из службы имперской безопасности в черных костюмах тут же схватили авторитета, а рядом им что-то говорила Полина.

— Сдавайся, Ирокез, — обратился я к хрипящему гладиатору.

— Х*р тебе, — прохрипел он.

— Хватит ругаться, — резко ответил я и ударил ещё в одну точку. Теперь противник взвыл так, что услышали даже самые последние зрительские ряды. — Ну же! И тогда я сниму боль.

У Ирокеза слёзы полились из глаз. Этот упертый придурок все еще умудрялся терпеть. Хотя я представляю, какую он боль испытывает. Не каждый её выдержит.

Как я и предполагал, продержался он недолго. Трясущейся левой рукой противник нащупал в кармане штанов небольшую коробочку и сжал её в руках.

Из артефакта выплеснулась энергия и объяла тело поверженного гладиатора.

— Не-е-емыслимо! Удивительно! — закричал ведущий, не спеша выходя на центр арены. — Мы стали свидетелями сенсации!

Вокруг блестели островки песка, которые превратились в стекло. В стороне догорала часть шкуры Бумбума.

Ко мне подошел, ковыляя, Пал Палыч.

— Ты красавчик и большой молодец. Иди сюда, — поднял я его на руки, морщась от боли в ушибленных ребрах. Затем погладил котенка, достал мазь и обработал его спинку и лапку. В ответ он лизнул меня в щеку.

«Лея, ты тоже красотка», — обратился я к паучихе.

«Спасибо, хозяин. Я старалась», — ответила питомица.

Между тем ведущий уже был в центре.

— Ирокез повержен!!! — закричал чуть ли не в мое ухо ведущий. — Новый чемпион — Лучник!!!

Вся арена зашумела, зааплодировала. Под овации и радостные крики зрителей я присел возле Ирокеза. Несколько очередных ударов пальцами, и мой противник зашевелился. Со второй попытки он, кряхтя, поднялся. Затем, опасливо покосившись на меня, вяло помахал своим поклонникам, которые в ответ лишь засвистели.

Ведущий ещё сказал несколько восторженных слов насчет битвы, анонсировал завтрашний бой и повесил мне на плечо тяжелый пояс с золотой эмблемой турнира.

Я же слегка поклонился зрителям. Накинув ошейник на Пал Палыча и прицепив поводок, направился в сторону выхода с арены, где меня уже дожидался Жорик.

Хотя нет. Не только телохранитель, а еще и угрюмые элитные маги из имперской СБ. Ну вот, начинается…

Несколько имперских СБ-шников обступили меня, затем накинули антимагический браслет на руку и повели по каким-то ступенькам вниз. Я очутился в небольшой комнате, очень бедной на мебель. Всего лишь какой-то низенький шкафчик с ящиками, два стула и стол, за который меня и посадили.

— Ну что, Астафьев Иван Сергеевич. Приступим, — хмуро взглянул на меня один из имперских СБ-шников. Он сел напротив.

Аккуратно постриженные усы, взгляд бывалого вояки. Судя по манерам и диалогу, это уже не безопасник студенческого городка, да и на запястье восемь полосок. Элита.

Я вздохнул, ещё раз осмотрел небольшую комнату.

— А к чему приступать? — удивился я. — И не вижу своего питомца.