В просторной комнате было тепло, неяркий свет поблескивал на столешницах и книжных полках. В вазах стояли со вкусом подобранные букеты свежих камелий.

— Говард, — спросил Дик у друга, — а давно существует этот клуб?

В тишине комнаты резко чиркнула спичка.

— Да вообще-то, не очень. — От Клая к дивану поплыл тонкий аромат сигары. — Лет двадцать назад тоже был Философский клуб. Потом его с треском прикрыли. А Мелькер его возродил. Мне показалось, тебя это заинтересует. — Какое-то время он молча затягивался. — Хотя, конечно, — добавил он наконец, — там будут ожидать, что со временем и ты разродишься какой-нибудь темой. Если хочешь, я подберу тебе литературу.

— Да-да… особенно про космические полеты. Клай ответил не сразу:

— А вот в это, Дик, лучше не лезь. Да, я знаю, у Перси там целый план. Только все это дохлый номер.

— Почему? Звучит вполне разумно.

— Бегство в космос ничего не решит. Все наши проблемы здесь. Да и потом, Перси порядком привирает, когда толкует, что все чуть ли не на мази. Добрая половина разработок утеряны. Я выяснял. — Очередная пауза. — Ты лучше вот что мне скажи. Как по-твоему, кто там самая важная шишка?

Дик задумался:

— Гм… Мелькер?

— Не-а, не Мелькер.

— Ну, тогда Розен. Или Хольт.

— Ха! Не Розен. И не Хольт. И уж конечно не кто-нибудь из этих жалких гуманистов. Мистер Оливер, вот кто.

Дик так и подскочил на диване.

— Оливер?

— Да, Оливер. Оливер! Сегодня тебе, мальчик мой, посчастливилось прикоснуться к высшим кругам. Оливер-то на самом деле не кто иной, как мистер Оливер Кроуфорд. Наследник Вождя Орлана. Вот так-то. В один прекрасный день он станет Вождем. А если тебе к тому времени удастся сделаться его другом… — Светящийся кончик сигары вдруг резко дернулся. — Оливер, понятное дело, склоняется к консерваторам. Но при всем при том весьма щепетилен. Хочет удержать, что имеет, но и никому особенно не напакостить. — Клай встал. — Уже поздно. Завтра поговорим.

Переполненный приятной усталостью, Дик вздохнул.

— Говард! — окликнул он друга.

Тот повернулся — лишь темный силуэт в дверях.

— Что, Дик?

— Слушай. Когда я только-только сюда попал, этот гад Руэлл уверял меня, что в Орлане никто просто так ничего не получает. Скажи, он врал? Врал, да?

Клай молча стоял, затягиваясь сигарой.

— Поспи-ка лучше, — тихо сказал он наконец. Потом вышел и аккуратно закрыл за собой дверь.

Глава 11

В душном сумраке Вождь пробудился от кошмарного сна. Сердце глухо колотилось. Резко сел на постели — руки затряслись, а голова совсем закружилась.

Но все светильники в спальне горят, как обычно. Вроде бы все в порядке и кругом ни души. Сигнализация молчит. Никто не забился под широкий ковер. И к сводчатому потолку никто не прилип.

Тогда Вождь снова откинулся на подушки и ненадолго закрыл глаза. Сон. Всего лишь кошмарный сон. Но какой же кошмарный! До сих пор сердце готово выскочить из груди, а перед глазами стоит видение. Серый коридор. И в этом коридоре — его сын Оливер. Нагнулся и пытается открыть круглый металлический люк в каменном полу. Сам же Вождь будто парализован — так и не смог издать ни звука, пока крышка люка не отлетела в сторону и ему не открылся краешек черной бездны. Оттуда бешено рванулись какие-то тени. Только тогда он дико завопил, зовя на помощь, вытянул руки, пытаясь закрыться от этих теней… и проснулся.

Никому нельзя верить… Вот будь у него достойный доверия человек, что целыми ночами стерег бы его сон… Тогда, быть может, и не снились бы так часто кошмары… Хотя на самом деле все наверняка от несварения желудка.