— Ты сам видишь. Мой невольник, домашний кот и так далее.

— Твой любовник, менестрель и маг. Ага, вижу.

— Ну, так зачем тогда спрашиваешь?

— Какого демона ты надела на него ошейник и заставила молчать? Это ведь твоих рук дело, не так ли?

— Молчание — да. А ошейник — нет. Я его купила, как обычно, у Биуна.

— Ладно. А как он оказался у работорговца?

— Понятия не имею.

Кей несколько опешил. Чтобы его сестра чего-то не знала, и спокойно в этом признавалась? Очень подозрительно.

— Угу. Давай-ка всё по порядку. Что ты вообще о нем знаешь, кроме того, что он маг и музыкант.

— Многое, — Шу лукаво улыбнулась, — но тебя интересует не это, как я понимаю. Так вот. Я не знаю, ни как его зовут, ни откуда он, ни как оказался у работорговца. Я не знаю, почему он до сих пор не умеет пользоваться своей магией как следует. Да, Зак, ты верно догадался, что Мие досталось от него. У нас с Тигренком не все так просто, как мне бы хотелось…

— А что мешает тебе с ним просто поговорить? И снять с него этот ужасный ошейник? Тебе не кажется, что держать мага в рабстве — не лучший способ добиться его любви?

— Кей… я когда-нибудь давала тебе повод считать меня абсолютной идиоткой, не понимающей, что и зачем она делает?

— До вчерашнего дня — нет.

— Очень приятно… я бы с удовольствием с ним поговорила, и дала бы ему свободу… но есть некоторое но, Кей, — принцесса замолчала, уставившись в пол. Её предчувствия казались ей самой довольно странными, но никуда не делись.

— Ну и? Какие тут могут быть но? Ты что, боишься, что, став свободным, он тебя оставит?

— Что-то вроде… — признаваться в этом было и больно, и обидно, и просто унизительно. Но врать брату… не хочется, да и бесполезно.

— Шу, ты что? Ты серьёзно? — Кей чуть не рассмеялся, но вовремя прикусил язык. — Он же влюблен в тебя, как… как… — обзывать её любовника мартовским котом было как-то неловко, — ты что, не видишь? Эй, тебя по голове, случайно, не били в последнее время?

— Кей…

— Что Кей? Да слепому видно, что этого Тигренка от тебя не оторвать никакими силами! Ты хоть замечаешь, как он на тебя смотрит? И, если даже он не умеет толком пользоваться своей магией, вряд ли он настолько промахнулся? Вместо отворота приворот — это не слишком ли?

— Да нет, не настолько, конечно… но там тоже не всё так однозначно… просто я знаю, что получится, если я его сейчас отпущу. Даже если я всего лишь разрешу ему говорить… пойми, Кей, я не могу взять и отказаться от него. Пока есть хоть какой-то шанс… хоть крошечный шанс, что я не потеряю его…

— Шу, но почему?

— Что почему?

— Почему ты так уверена…

— Я просто это знаю. Кей, я не могу объяснить тебе, это можно только почувствовать… это как цвет, или запах… только не цвет и не запах, а вероятности. Немного похоже на фехтование, когда ты знаешь, как поведет себя твой противник в следующий момент, к чему приведет тот или иной удар… только противника не видно.

— Ох, Шу, как у тебя все сложно.

— Да уж. Мне бы чего попроще, братик…

— Ты его любишь?

— Да. Люблю.

— А как же твой маркиз?

— Кей, не усложняй ещё больше, ладно? Я надеюсь, что Дайм поймет, но… давай не будем об этом, пожалуйста.

— Шу, а ты говорила Тигренку, что любишь его?

— Нет, и не скажу.

— Может, стоит?

— И как ты себе это представляешь? Дорогой, я тебя люблю, но ошейник не сниму и говорить не разрешу.