Появившаяся на пороге девушка бросилась на шею ничего не понимающему Михалычу, и прорыдала:

— Помогите!

Вслед за ней, на пороге появился дворник-гастербайтер с метлой наперевес.

Увидев у руках у Михалыча пачки денег он остолбенел. Такого количества купюр бедняга не видел за всю свою жизнь. Михалыч перехватив его взгляд, торопливо спрятал руки за спину.

— Что происходит? — строго спросил он дворника. — Это ты обидел девушку, негодяй?

— Нет, это мы ее сейчас будем обижать! — раздался многообещающий вопль.

После этого в кабинет шумно ворвались двое одетых в черное людей.

— Ну, я пойду! Мне — эта, двор еще мести надо! — дворник шмыгнул к двери.

— Стой, где стоишь!

Громила коротко двинул его кулаком в челюсть. Бедняга как стоял, так и ушел назад, словно срубленное дерево, грохнувшись на пол. При этом он чуть было не снес головой угол, стоящего в приемной стола. Но крепкая столешница выдержала удар в отличие от головы дворника, которая раскололась словно переспелый арбуз.

— Технический нокаут! — иронично прокомментировал это событие виновник торжества.

— Ага, с летальным исходом! — хохотнул тот, что помельче.

— Вы же убили его! — в ужасе всплеснул руками Михалыч.

При этом он совершенно позабыл о том, что у него в руках зажаты пачки денег.

— О, бобосики! — радостно воскликнул мелкий, заметив банкноты. — Ты дедушка, наверное, добрый Санта Клаус? Давай их сюда, пока хулиганы не отобрали!

Неожиданно колокольчик возле двери звякнул в очередной раз. Налетчики в черном не сговариваясь, сунули руки под пиджаки и приготовились достойно встретить незваных гостей.

Дверь медленно отворилась, и вошел Рыков.

— Шеф? — удивленно воскликнул мелкий.

— Он самый, собственной персоной! — жизнерадостно подтвердил тот. — Как говаривал старина Скрудж Мак Дак — «Хочешь чтобы дело было сделано хорошо — делай все сам»! А вы, я вижу, уже успели здесь намусорить?

Рыков неодобрительно покосился на тело дворника, потом на его метлу.

— Шеф, да я его только с легонца ладошкой толкнул! — извиняющимся тоном посетовал крупный. — Кто же знал, что он такой нестойкий окажется?

— Сейчас же объяснитесь, что здесь происходит? — возмущенно воскликнул Михалыч, выступая вперед.

Рыков с нескрываемым интересом оглядел его с головы до ног, словно скелет диковинного динозавра в палеонтологическом музее.

— Я тут давеча, когда заходил, видел одну вывеску. На ней большими буквами было красиво написано, что здесь принимает экстрасенс. Полагаю это вы? — подчеркнуто вежливо поинтересовался он.

— Да, это я! — гордо ответил Михалыч, дерзко задрав подбородок.

— Ну, тогда, для вас не существует тайн. Для вас человеческая душа не потемки, как для нас сирых и убогих, а открытая книга, — принялся юродствовать Рыков. — Если вас не затруднит, ответьте мне на один простой вопрос — кто я?

— Судя по свите, вы — большой негодяй! — нимало не смущаясь, выпалил Михалыч.

— Шеф, а можно я ему по тыкве настучу? — попросил крупный.

— Ты, в своем уме? У него же там мозг! — неискренне возмутился Рыков. — Хотя должен признаться, в процессе общения, у меня создалось впечатление, что наш уважаемый экстрасенс думает совсем другим местом.

— Я и без сенсорики вижу, что вы закончите очень и очень плохо! — мстительно пообещал Михалыч.