— Когда у вас заканчиваются занятия? — спросила Руфь и посмотрела на свои часы. — Миссис Файф, которая уделила мне толику такого же гостеприимства, как и здесь…

— Я уверена, что здесь все рады вам, Руфь.

— В таком случае не будьте слишком уверены. Правда, когда я говорила о гостеприимстве, я не имела в виду вас, хотя, я полагаю, — здесь Руфь как-то непонятно усмехнулась, — что могла бы отнести все это и к вам.

— Вы очень ошибаетесь, уверяю вас.

— Ну хорошо, радость моя. Но давайте вернемся к урокам. Тетушка Файфи говорила, что занятия заканчиваются в полдень.

— Это так. Начиная с этого часа, в любое время…

— Ну так и заканчивайте побыстрей.

Руфь оглядела класс и, остановив свой взгляд на Джаму, так как тот уже готовился исполнять самостоятельно возложенные им на себя обязанности дежурного у звонка, кивнула, показывая, что можно звонить. Рэнди знала, что ей следует возмутиться по поводу такого беспардонного вмешательства Руфи в ее работу, но уж слишком велико было ее изумление всем происходящим. Джаму позвонил в колокольчик, и малыши строем вышли из класса. Вместе с ними, и очень старательно, промаршировали Джейн и Джастин. Судя по всему, они еще не были готовы к схватке со своей мачехой. Сделав гримасу, Руфь посмотрела им вслед. Ничего не сказав, однако, она подошла к двери, закрыла ее и, прислонившись к ней, внимательно осмотрела Рэнди с головы до ног. После этого она отошла от двери, села за ближайшую маленькую парту и улыбнулась. К своему удивлению, Рэнди заметила, что улыбка у Руфи была очень приятной. Только жаль, что длилось это очень недолго — Руфь практически мгновенно стерла улыбку с лица.

— Ну вот, теперь мы можем и поговорить, — сказала она. — А вы хорошенькая.

При этом Руфь достала сигарету и зажгла ее. Рэнди хотела было сказать ей, что здесь не курят, но вместо этого произнесла:

— Вряд ли это так на самом деле.

— Согласна с вами.

Голос Руфи был холодным и безразличным, по мнению Рэнди — подчеркнуто безразличным. А Руфь продолжала:

— Вы слишком мягкая, однако это должно устраивать Сима. Суровая природа, нежная женщина. В этом есть определенный смысл. Пожалуй, мне самой следовало бы быть более мягкой.

Чувствуя себя в высшей степени неловко от темы разговора, выбранной гостьей, Рэнди строила свою защиту на том бесспорном факте, что она сама является сельской жительницей.

— Я родилась в Риверайне, что в Новом Южном Уэльсе, — говорила она.

Презрительная усмешка на полных губах Руфи была красноречивее всяких слов.

— Итак, — вновь сказала она, — вы вышли замуж за Сима.

Приступ раздражения ненадолго овладел Рэнди.

— Послушайте, — сказала она, — вот мое обручальное кольцо. А в моей комнате лежит свидетельство о браке!

Выпалив это, Рэнди увидела, что Руфь смеется над ней.

— Надо же, — говорила она при этом, — оказывается, у нас есть боевой дух! А то я уже подумала… — Неожиданно она перестала смеяться и спросила вкрадчиво: — А что моя комната, она занята?

— Теперь это наша комната.

Щеки у Рэнди пылали, как натертые кирпичом.

Руфь потушила едва начатую сигарету и подошла к окну. Рэнди знала, что сейчас Руфь взглядом вбирает в себя этот фантастический край. «Да ведь тут же ее родной край! — внезапно и неожиданно ревниво подумала Рэнди. — Ведь это — ее земля!»

Тем временем Руфь бросила через плечо:

— Прошу меня извинить за столь бесцеремонное вторжение.