— Тогда обещай мне, что не будешь заводить дружбу с незнакомцами.

— Любой человек незнакомец, пока ты с ним не познакомишься, — заспорила она. — А если ты не сможешь подружиться с незнакомцем, то будешь совершенно одиноким.

— Ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду, — предупредил он.

Они сели в машину.

Водитель обернулся, посмотрел на странную пару и взял бланк заказа.

— Здесь указано, что сначала мы заедем в Центр реабилитации на Сорок седьмой улице, а потом поедем на Лонг-Айленд, правильно?

— Нет, — сказал Джек. — Сначала на Лонг-Айленд, а на обратном пути я выйду на Сорок седьмой улице.

Это нарушало план Мелиссы.

— Ты едешь со мной?

Он кивнул.

— Я должен убедиться, что ты благополучно войдешь в поместье.

Глубоко вздохнув, Мелисса закатила глаза. Разве не почти такой же разговор был у нее с Джимми Делани?

— Водитель лимузина никуда меня не завезет.

— Сперва на Лонг-Айленд.

Мелисса пробормотала адрес, который она прочла на приглашении. Водитель кивнул. Его лицо ничего не выражало, даже если ему и казалось странным видеть афро-американскую девочку в длинном вечернем платье, подвозящую в лимузине белого мужчину в Центр реабилитации алкоголиков.

— Ладно, — внезапно согласилась Мелисса. — Раз ты едешь на Лонг-Айленд, то сможешь пойти со мной на прием.

Наконец-то он рассмеялся, и она была довольна. На ее взгляд, Джек начал становиться слишком серьезным.

— Я? На прием Джулии Дарден? И как мы это объясним?

— Пустяки, что-нибудь придумаю, — быстро пообещала Мелисса.

Глядя на суетящихся вокруг людей, Эди начала забывать о своих запутанных чувствах к мужчине, стоящему рядом. Ощущать его близость было приятнее, чем ей хотелось бы. Поэтому она заставила себя обратить внимание на чуть приоткрытую дверь, чтобы слышать произносимые там речи. Через окно в двери Эди видела результаты своих трудов.

— Удивительно, — прошептала Вив, взяв Эди за руку и пожимая ее.

Мама права. Поскольку бальный зал был слишком велик для приема, Паоло выстроил перегородку из цветов, чтобы создать иллюзию небольшого помещения. Эди сначала беспокоилась, что необычные лилии на длинных стеблях, стоящие на столах, будут мешать гостям видеть друг друга, но и эти ее опасения оказались напрасными.

Платье Джулии было великолепным. Длиной почти до лодыжек, оно было сшито из крепа цвета лаванды и очень шло Джулии.

Угощение тоже удалось. Гости наслаждались семгой, украшенной травами и аппетитными яркими овощами.

Папа Эди уже готов был выкатить конический торт высотой более чем полметра, украшенный сахарными лепестками роз. Торт был такого же цвета, как платье невесты.

Все было так, как и мечтала Эди.

— Если моя репетиция обеда не будет такой же изумительной, я тебе никогда не прощу, — сказала Марли.

Ее приглушенный голос прозвучал сзади, и она мимолетно обняла Эди за талию. На секунду Эди почувствовала прикосновение сестры, и ее горло сжалось. Трудно поверить, что всего через несколько месяцев она будет держать на руках племянника или племянницу. Тут же накатило разочарование, поскольку Эди хотела своего ребенка… Ей пришлось побороть желание взглянуть на Джимми. Даже сейчас она едва могла называть его этим именем. Для нее он навсегда останется Сетом. Только сейчас она призналась себе, как фантазировала о будущем, в котором обязательно будут дети.

Черт побери! И зачем она взяла его с собой? Что хорошего получится из этого? Он лгал ей. И она никогда уже не сможет ему доверять.

— Кажется, гости все съели, — сказал папа, отвлекая ее от нежелательных мыслей.