— Нет! — запротестовала Франческа, порывисто схватив Рошфора за руку. — Это не так. Я не виню вас, правда. Я… Возможно, вы и выражались немного резко, но потом ведь извинились. К тому же у вас были причины для беспокойства. Но я не могла обмануть доверие Калли, у нее есть право самой выбирать свое будущее.

— Да, я знаю. Она очень независимая, — вздохнул герцог. — Понимаю, у вас не было выбора, к тому же вы не в силах контролировать мою сестру. Бог свидетель, я пытался, но не смог. Я поступил неправильно, поддавшись гневу. Принес извинения и посчитал, что они приняты. Но вы стали избегать меня.

— Нет, правда… — уверяла Франческа. — Я приняла ваши извинения и не держу зла за сказанные слова. Знаете, я уже видела вас в гневе раз или два.

— Тогда почему вы избегаете меня? — не понимал Рошфор. — Даже на свадьбе Калли мы говорили мало. — Герцог осекся, а потом спросил: — Это из-за того случая в охотничьем домике? Из-за того, что я… — Он замолчал.

— Из-за того, что вы подрались с женихом своей сестры? — Франческа улыбнулась уголками губ. — Из-за того, что вы сбивали вазы со столов в гостиной и переворачивали стулья?

Рошфор хотел возразить, но потом сам не сдержал улыбки:

— Ну… да. Из-за того, что я вел себя как дикарь. И выставил себя полным дураком.

— Мой дорогой герцог, — протянула Франческа с искрящимися от веселья глазами, — с какой стати мне обижаться за тот случай?

— Что ж, — усмехнулся Рошфор, — вы не переводите разговор на другую тему, и это уже хорошо. Но должен заметить, несмотря на свое поведение, я, в отличие от некоторых, не рассказывал небылиц.

Герцог бросил на Франческу шутливый взгляд.

— Небылиц? — Веер легонько хлопнул Рошфора по руке. Франческа заметила, что вся неловкость исчезла и они снова беззаботно подшучивают друг над другом. — Вы так несправедливы.

— Перестаньте, не станете же вы отрицать, что в то утро были… ну скажем, весьма изобретательны?

— Кто-то ведь должен был навести порядок? — парировала Франческа. — Иначе мы все оказались бы в затруднительном положении.

— Я знаю. — Лицо Рошфора стало серьезным, и, к удивлению Франчески, он взял ее за руку. — Знаю, что в тот день вы многое сделали для Калли. И я бесконечно признателен вам за эту «изобретательность». И доброе сердце. Если бы не вы, Калли оказалась бы втянута в серьезный скандал.

Франческа почувствовала, как под внимательным взглядом герцога запылали ее щеки, и отвела взгляд.

— Нет нужды благодарить меня. Я очень люблю Калли. Она мне как сестра.

Франческа подумала, что выразилась неудачно, и покраснела еще больше. Сочтет ли Рошфор ее слова дерзостью? Или сочтет их напоминанием о том, что они чуть не стали мужем и женой?

Франческа повернулась и зашагала вперед. Она так крепко сжимала веер, что дерево врезалось в руку. Рошфор поравнялся с ней, и некоторое время они шли в молчании. Франческа чувствовала на себе его взгляд. Герцог понимал, что что-то не так. Молчанием она лишь все усложняет и продляет свои муки.

— Я должна перед вами извиниться, — неожиданно выпалила Франческа.

— Прошу прощения? — удивился Рошфор.

Франческа остановилась и повернулась к герцогу, смело глядя ему в лицо.