"Интересно, — думал я, наблюдая за работой девушки, которая на время рейда сменила летнее платье на черную водолазку и легинсы такого же цвета, а волосы убрала под простую лыжную шапочку. — Интересно, она таким опытным медвежатником стала, до того, как получила способности, или уже после?"

Ведь, строго говоря, я о ней ничего не знал. Хорошенькая, веселая, с озорным взглядом, по которому никогда не прочтешь ее истинный возраст. Это внешний слой, за него довольно сложно было заглянуть без ее на то согласия. И все же — полковник безопасности и Скрытник. Думаю, скелетов в шкафу этой очаровательной хохотушки, пряталась не одна сотня.

После того, как замком было покончено, девушка пропадала из глаз и проникала в квартиру. Через минуту, редко дольше, она вновь появлялась из невидимости и сообщала, что внутри никого нет, и нам можно входить.

Тогда уже мы заходили и начинали аккуратный обыск. Проверяли все типовые места, а Маша по очереди посещала каждую комнату, и, вставая посередине, впадала в некий транс. Надо полагать, это она так искала следы других сверхов.

Однажды нам удалось найти небольшую партию наркотиков. Пакет, плотно упакованный в пищевую пленку, в котором находился белый порошок. Его мы оставили на месте, лишь дав сигнал, для милиции.

Когда время перевалило за час ночи, в очередной квартире — шикарно, кстати, обставленной — мы наткнулись на партию препарата ЭМ. Знакомые мне капсулы лежали рядками в небольшом кейсе, с такими еще средней руки аппаратчики на службу ходят.

— Есть! — сразу после этого и Маша сделала стойку. — Тут были сверхи!

— Сверхи? — уточнил Герман, держа в руке найденный кейс. — Не сверх?

— Следы двоих.

Со стороны это выглядело, как магия. Ну, честное слово. Девушка, с закрытыми глазами, стоит в центре комнаты и раскачивается из стороны в сторону, будто висит на невидимой веревке, закрепленной на потолке. И вещает. Именно вещает, как какой-нибудь медиум, а не серьезный специалист серьезной организации, и вообще — целый полковник.

Ее голос, при этом, становился тусклым и безжизненным, словно из него откачали саму жизнь. Жуткое, короче говоря, ощущение. И какое-то мистическое.

— Давно? — на Германа поведение коллеги уже давно не оказывало никакого впечатления. Привык, должно быть.

— Сегодня вечером. Ушли в семь или восемь.

— Тип?

— Не могу понять. След спутан. Двое, один другого прячет…

Полная чертовщина, в общем, пошла. Сейчас Маше еще нужно с завыванием прочесть катрен Настродамуса, а потом упасть на пол, и в сознание вернуться без воспоминаний о произошедшем.

Однако, до явной чертовщины не дошло. Скрытница перестала раскачиваться, тряхнула руками и головой, как собака, выбравшаяся из воды, и обычным своим голосом сообщила.

— Ауры размыты из-за близкого родства. Не могу прочесть. Кто у нас тут живет?

Герман заглянул в блокнот, куда были выписаны все адреса на сегодняшнюю ночь.

— Андрей Вакулов. Живет один, родственников в республике нет.

— Странно. Я отчетливо чувствовал присутствие такого же, но в чем-то отличного. Может быть, в гости кто приехал?

— Надо уточнить у милиции. — кивнул старший нашей группы.

— Что дальше? — спросил я, видя, как коллеги спокойно рассаживаются за кухонным столом.

— Ждем. — ответила Маша. — И пьем чай.

Без всякого стеснения, она начала рыться в хозяйских шкафчиках на кухне. Вскоре на столе уже парил заварник, красовались парочка вазочек с вареньем, а на прозрачной тарелке россыпью лежало печенье.

— Что? — с открытой улыбкой спросила она, заметив недоуменный взгляд.