От метательного "снаряда" Белый Демон увернулся в последний момент. Чуйка сработала, движение почувствовал или звук летящего тела услышал — не знаю. Но мертвеца он принял за меня, это точно. Пригнувшись, и пропустив дохлого Льва над головой, он автоматически выстрелил ему вслед.

Треск электричества не успел утихнуть, а я уже врезался ему спину. Повалил на живот и тут же, пока он не сотворил такую же гадость, как в прошлый раз, крепко стукнул лицом по камням. Три раза. Нет, четыре — очень уж не хотелось снова отправляться в полет.

Бань Шань обмяк, а я тут же завел обе его руки за спину.

— Браслеты! — крикнул я Маше. Челюсть отозвалась болью, но на место уже встала.

У меня подавителей не было. Ну не предназначены мои толстые в боевой форме руки для того, чтобы связывать кого-то тонюсенькими полосками металла. Поэтому средства задержания имелись только у Германа с Машей. А я так шел, на подхвате. Ну или мишенью поработать — это у меня особенно хорошо получалось.

— Да нахрена? — удивленно уставилась она на меня.

Упала коленями на спину вражескому сверху, которого я уже заботливо приготовил к задержанию. Всадила короткий широкий клинок ему под подбородок, и дважды провернула оружие в ране. Бедняга даже булькнуть не успел — умер, не приходя в сознание.

Ну, да. Туплю. Сказали же — обезвредить. Фактически, уничтожить. Но — жестко. То есть, ничего такого, что я не видел или не делал. Просто вид девушки-тростинки, с холодными глазами перерезающей горло бесчувственному пленнику, как-то выбивался из образа.

А вот, кстати, и нет. Не хладнокровно она его убила. Проглядел бы, если бы не смотрел так внимательно. В тот миг, когда кровь из распоротого горла Белого Демона плеснула Скрытнице на руку, лицо ее, всего на миг, исказилось в резком приступе животного возбуждения. Вкупе с обожженной левой стороной, смотрелось это особенно жутко.

— Никому не нужны пленные в этом инциденте. — уже со спокойным лицом и нормальным голосом, сказала она. — Китайцы своих Мастеров не обменивают. Сломались на миссии, значит были не готовы к возвышению и бессмертию, вот и весь сказ. К тому же, это же бы им пришлось признавать, что их люди какого-то хрена бродят по нашей земле. А у нас мир с Китаем. И союзнические договоры. Незачем ставить союзников в неудобное положения.

Со смертью главного караванщика бой закончился, поэтому девушка поднялась с трупа не торопясь и, как мне показалось, с явным нежеланием. Будто на самом деле, она бы лучше продолжила сидеть на остывающем теле, и вонзать раз за разом в него свое оружие. Или это мне показалось?

Решив не откладывать в долгий ящик мучивший меня вопрос, я озвучил его Маше. Все равно наши дела тут закончены. Только спецназ ККС еще ходил по плесу и одиночными выстрелами проверял — не выжил ли кто без разрешения?

— Марианна Дмитриевна. — осторожно шевеля челюстью произнес я. — А что это было? У тебя лицо такое было, будто тебя, прости за прямоту, насильно с мужика сняли.

Есть все же преимущество в зрелом возрасте ума. Не нужно пытаться подыскивать слова, выстраивать их так, чтобы не обидеть человека. Столетнюю бабку словом секс не возмутишь.

— У меня такое же было, наверное. — добавил я. — Когда Силачу горло пробил. Что это за хрень?

— Кровь. — коротко отозвалась девушка, дернув плечом. Говорить об этом она не хотела, чувствовалось, что тема неприятная. Но и утаивать ничего не стала. — Мы все так реагируем, когда убиваем кого-то, и проливаем его кровь.