Стоит Лён на уходящей в обе стороны прямой дороге, небо над головой низкое, бесцветное, давящее. По обе стороны ровного, как шоссе, пути далеко за равниной, покрытой седой травой, смутно темнеют горы.

— Бесконечная дорога… — прошептали сами собой во сне его губы.

И тут прямо перед ним, невысоко над землёй, как дым от извержения вулкана, вспухло грозовое облако. Синие клубы разошлись и открыли окошко, а в окошке — Паф. На голове королевская диадема, на груди знак власти — золотой орёл, а сам весь в пурпурном.

— Ты потерял её?! — яростно крикнул Паф.

Да, это было то самое видение, которое Лён видел, когда устроились они на ночлег в зачарованном лесу во время одного из погружений Жребия.

* * *

Рано-рано утром, когда после почти бессонной ночи король пошёл проводить своего мага и товарища — Лёну достаточно было выйти на любой балкон, чтобы призвать Сияра и запрыгнуть ему на спину.

Они шли по тихому дворцу, мимо дремлющей стражи. По дороге наткнулись на сваленное в кучу добро — это было имущество, оставшееся от принцессы: разодранная в тряпки палатка, сундуки с нарядами и прочие вещи. Всё это как подобрали и привезли с той злополучной поляны в лесу, так и не знали что с этим делать — свалили в угол и оставили. Теперь из разбитого сундука вывалились испачканные вещи.

Король задумчиво поднял с пола тонкий кружевной платок с монограммой и повертел его в руке.

— Ты знаешь, кого она мне напомнила на своем портрете? — продолжил он, поднося вещицу к лицу, — Ты не поверишь, но она напомнила мне принцессу Гранитэль. Было какое-то едва уловимое внешнее сходство, но внутренне… Подумать только, что за дура — влюбиться в тролля!

Он понюхал платочек и искоса глянул на Лёна.

* * *

— Плохо, очень плохо! — покачал головой Вольт Громур, когда все члены Совета, какие только были в Дивояре, собрались в круглом зале заседаний.

Все сошлись на том, что нельзя было возвращаться в Ворнсейнор без принцессы — хоть зимуй там, в лесу, а найди! По крайней мере, хоть вид сделай, что ищешь. Ну понятно, принцесса, связавшаяся с троллем, на место королевы Сильвандира не годится, да и вообще уже никуда не годится. Бреннар очень ловко спихнул с рук порченый товарец — какой теперь с него спрос? Условие-то он выполнил — дочь отдал за короля Сильвандира. А Лён не мог довезти девушку без проблем. Впрочем, так и так всё скверно.

План дивоярцев, разработанный так детально, провалился. И теперь надо снова что-то придумывать. Нет, к такому повороту вещей дивоярцы явно не были готовы — надо же, какой-то зелёный гриндрил! Лён очень умно не рассказал всего, что произошло в ту ночь на лесной поляне, упомянул лишь кратко, что тролль унёс принцессу — иначе дивоярцы быстро распознали бы обман.

— Лён, тебе необходимо найти принцессу Лилиану и доставить её в Ворнсейнор. По крайней мере, люди должны видеть, что твои слова не выдумки. Иначе позор для короля Алая, решат, что его намеренно обвели вокруг пальца, оскорбили. Тогда война неизбежна, — сказали в Совете.

Но если найти принцессу и предоставить её как неопровержимое доказательство того, что в дело вмешался его величество Случай — с кем не бывает в волшебной-то стране! — то можно дело это замять. Сторона Бреннархайма принесёт извинения — не доглядели, мол! И бракосочетание будет считаться недействительным — с тролльчихой?! А так невозможно будет найти новую невесту.

— Ты справишься, Лён, или нужна помощь? — спросила его Брунгильда.

— Я справлюсь! — пообещал он.

Никакой помощи ему не надо! Особенно от дивоярцев — чтобы случайно не вскрылась правда!

Он ожидал гораздо худшего — думал, что его будут ругать и смеяться над ним.