Конечно, они пошли и сели со старшекурсниками — сама по себе великая честь быть принятым в их круг, ведь это молодые дивоярцы, прошедшие первый порог испытаний, без пяти минут магистры!

— Как ты это сделал? — спросил Пантегри.

— Замедление времени, — честно ответил Лён, и все второкурсники расхохотались: Пантегри думал запросто поживиться магическим приёмом! Так ему и открыли! Ведь это личный секрет!

— Научишь меня как-нибудь? — всё же не сдавался второкурсник.

— Едва ли, — покачав головой, признался Лён. — Я сам не знаю, как делаю это.

Да, никто не спорит. Некоторые вещи открываются по наитию, и потом сколько магов бьётся, чтобы раскрыть, определить, зафиксировать природу необыкновенного явления. Так, именно так века копилась мудрость Дивояра. И Лён вдруг понял великую и непреложную истину, в которую с трудом поверил бы, скажи ему кто это раньше: дивоярцы есть высшие существа, стоящие над человеческой природой, свободные от низости пороков, чистые душой и преданные сердцем делу. Теперь он понял, по какому принципу осуществлялся тщательный отбор в волшебных школах: добросердечие и сознание долга прежде самого себя — вот важная черта подлинного дивоярца, а уж магическая сила — второе. Таков Магирус Гонда, такова Брунгильда, два учителя, оставившие в сердце Лёна глубокий след и воспитавшие в нём личность.

Глава 7

На схеме небесного города, как она была обозначена на одной из площадей, при более пристальном рассмотрении не всё было понятно. Так однажды Лён, зависнув над картой, искал на ней дом, в котором жила Брунгильда. Ему надо было переговорить с волшебницей, но без посторонних ушей, а сделать это во время занятий решительно невозможно — все вопросы надо задавать вслух, при всех, чтобы и ответ узнали все. Такое дело Лёна не устраивало — он хотел узнать кое-что о Земле. Всё знали, что он родом оттуда, и что покинул свой мир навсегда — портал между Селембрис и Землёй закрылся, поэтому простой перенос, каким пользовался Лён ранее, теперь был невозможен — только из Дивояра и только по разрешению Совета. Никто бы не понял интереса Лёна, даже Паф его не понимал.

И вот он кружит в воздухе над картой, пытаясь дознаться у этого своеобразного путеводителя по Дивояру, где же живёт валькирия. По изображению небесного города, по его улицам и площадям видно движение — много мелких точек пересекают его во всех направлениях. Можно попросить карту показать, где собралась его группа, она покажет, где находится каждый. При желании можно попросить дать увеличение. Лён пробовал не раз — всё получалось, но вот теперь он никак не может отыскать Брунгильду.

Магирус Гонда был на корте, занимался со вторым курсом. Вэйвэ Валандер, как всегда, свободное время проводил либо в музее, либо в парке. А Брунгильда как сквозь землю провалилась. Впрочем, скорее уж сквозь облако.

"Может, она отправилась куда-то?" — думал Лён. А что, вполне возможно, ведь преподавателей никто не держит на привязи, это для студентов выход на Селембрис ограничен. Он уже хотел бросить свой поиск и отправиться в библиотеку, что-нибудь порыть самостоятельно — да разве что отыщешь, если не знаешь где искать?!

И тут маленькая звёздочка поисковика вдруг замигала на карте. Надпись на общем языке гласила, что это именно валькирия — она просто ниоткуда возникла! Если бы она была в каком-нибудь доме, то звёздочка бы показала, а тут вынырнула с пустого места. Впрочем, место было отнюдь не пустое: на карте с высоты десятка метров выделялось объёмное изображение большого здания с полусферической крышей, окружённое другими строениями, поменьше.