Дорогу от поля отделяла молодая рощица частых, переплётшихся между собой деревцев. Кроме того, густой подлесок делал рощицу непроницаемой для взгляда. Она скрывала за собой, что происходило на дороге. А там что-то пошло не так.

— Наверно, засмотрелись на нас и сцепились колёсами, — со смехом сказал Паф.

— Да, уж это зрелище, — согласился Пантегри. — Но это только поначалу, пока не привыкли.

Маленький отряд из пяти всадников на крылатых конях вышел на край дороги, где происходила какая-то возня. И тогда лишь они обнаружили, что толпа глазела в другую сторону. На молодых магов посматривали с любопытством, но основное внимание людей было обращено вдоль пути — издалека стремительно приближалась к городу некая процессия. Именно для неё старались освободить дорогу, уводя повозки к краю.

С дробным топотом, сопровождаемая звуками труб, приближалась нарядная, большая, шумная толпа верховых. Богатая упряжь лошадей, яркие одежды герольдов, лес колыхающихся перьев на шляпах, парчовые плащи, разгорячённые молодые лица, пышные женские наряды, крики егерей, смех, восклицания — всё это заполонило дорогу, привлекая к себе внимание людей, а дивоярцы стояли на краю луга и смотрели на это зрелище. Судя по всему, это возвращались с охоты местные аристократы, потому что на повозках лежала добыча, а псари, идущие следом за яркой, пёстрой толпой, с трудом удерживали возбуждённо рвущихся борзых. Это был великолепный выезд.

— Пусть пройдут, — сказал один из старшекурсников, провожая взглядом верховых, которые с любопытством поглядывали в сторону дивоярцев, застывших на краю дороги. — Это королевская охота.

Но Лёну стало вдруг ясно, что товарищи испытывают некоторую досаду оттого, что не их прибытие стало сенсацией дня.

В толпе охотников особенно выделялся один всадник. Наверняка, это был сам король Сильвандира. Молодой, красивый, необыкновенно изящный и в то же время мужественный, он был окружён толпой таких же молодых аристократов и знатных дам. Взгляд короля на мгновение упал на дивоярцев. Монарх замедлил ход своего вороного, и вместе с тем придворные тоже обернулись, обнаружив, что помимо мужиков, ремесленников и купцов на процессию смотрят необычные гости.

Король и его свита проследовали дальше, а от ближайшего окружения монарха отделился один всадник и направился к маленькой группе.

Приблизившийся человек оказался вовсе не так молод, как показалось поначалу, особенно издалека. Просто он был худощав, подвижен и, как говорится, хорошо сохранился. Лишь лёгкая седина в чёрных волосах и редкие серебристые пряди в красивой, щегольской бородке-эспаньолке, выдавали его возраст. Глаза же его были ярки и выделялись на благородном лице, как два агата.

— Просим прощения за неловкость. Мы не сразу заметили ваше прибытие, — с лёгким поклоном обратился к дивоярцам человек. — Мы ожидали извещения и потому не были готовы встретить вас.

Глаза незнакомца легко пробежались по лицам молодых магов, словно пытались отыскать кого-то одного. Он замолк, ожидая ответа, но дивоярцы промолчали — кажется, никто не понял, о чём идёт речь. Молодые люди стали переглядываться.

— Маг Дишоан покинул нас около недели назад, — продолжил свою непонятную речь незнакомец. — Я полагаю, среди вас присутствует тот, кто пришёл ему на смену?

— Мы… Наверно, тут какая-то ошибка, — проронил, наконец, Пантегри.