– И что это значит?

– А вы угадайте. Он не боится, что его почти бывшая жена может опустошить их общий счет.

Зоя только охнула, ее худшие опасения подтверждались.

– У меня сложилось впечатление, что у Дженнифер Мейсон не было в городе близких друзей. Этим вопросом я все еще занимаюсь, но то, что я уже узнал, мне не нравится. Она прожила в Уисперинг-Спрингз не очень долго и после замужества, по-видимому, появлялась в обществе, только когда нужно было помогать Мейсону развлекать его деловых партнеров, а это случалось не слишком часто.

– Родственники у нее есть? – спросила Зоя.

– Несколько очень дальних, да еще престарелая тетушка в Индиане. Сегодня утром я всем им позвонил, ни один за последнее время не получал от Дженнифер вестей, да их это и не волнует. Все сказали, что не видели ее с детства и связь с ней оборвалась много лет назад. Не очень-то дружная семейка, как видите.

– Иными словами, никто не торопится подавать заявление об исчезновении Дженнифер Мейсон?

– Ни одна живая душа, – согласился Итан. – Но это еще не все. Я навел справки в официальных инстанциях. Процедура развода вообще не была начата.

Зоя поняла, что события развивались по самому худшему из возможных сценариев. Дженнифер Мейсон, не поддерживавшая близких отношений ни с друзьями, ни с родственниками, представляла собой классический образчик жертвы домашнего насилия. Зоя спросила себя, что же ей теперь делать. Чтобы хоть чем-то занять руки, она взяла ручку. И сжала ее так, что побелели костяшки пальцев.

– Спасибо, что занялись этим вопросом, мистер Труэкс. Я вам еще что-нибудь должна сверх минимальной платы, которую внесла вчера?

– О да, должны, и немало.

Зоя нахмурилась:

– Сколько?

– Для начала вы должны дать мне ответы на некоторые вопросы. Как вы думаете, что случилось с Дженнифер Мейсон?

Зоя не ответила.

– Вы были с ней знакомы до ее исчезновения?

– Нет, никогда ее не видела.

– Вы ведь думаете, что Мейсон убил свою жену, не так ли?

Зоя немного поколебалась, но потом молча кивнула.

– Это серьезное обвинение, – строго сказал Итан. – Позвольте спросить: что навело вас на эту мысль?

– Неприятное чувство, которое возникло у меня, когда я осматривала его резиденцию.

– Значит, неприятное чувство, – бесстрастно повторил Итан.

– Можете назвать это интуицией.

– Надеюсь, вы не сочтете меня женоненавистником, но должен вам признаться, что я не очень-то верю в силу женской интуиции.

«Веди себя нормально, как обычная женщина!»

– Из хозяйской спальни исчезла кровать, – спокойно сказала Зоя. – Не считая кровати и ковра из спальни, вся остальная мебель в доме осталась на месте. Кроме того, стены в спальне недавно были перекрашены.

Брови Итана поползли вверх.

– И этих улик вам хватило, чтобы сделать вывод, что Дженнифер Мейсон стала жертвой преступления?

Зоя решила сменить тактику и действовать более уверенно.

– Мистер Труэкс, как вам известно, я – профессиональный дизайнер по интерьерам. Я догадываюсь, что вы не очень высокого мнения о моей специальности, но смею вас уверить, что дизайнеры именно в силу особенностей профессии и природных склонностей очень наблюдательны. Я чувствую, нет, я просто уверена, что в резиденции Мейсона что-то не так.

– Ладно, не кипятитесь. Почему вы не думаете, что Мейсон попросту продал кровать?

– Он сказал, что жена забрала кровать с собой, потому что она ей очень нравилась.