– Боже, Кристиан, – шепчу я. – Когда это произойдет?

«Скоро. По его предположениям, осталось несколько месяцев. Но Уолтер не хочет, чтобы я возвращался. Не хочет, чтобы я видел его таким», – мысленно говорит он, потому что не уверен, что сможет произнести это вслух. Кристиану больно от того, что он не может сейчас находиться рядом с дядей и уже никогда не сможет проводить с ним время.

Я понимаю их обоих. Ведь мама так ослабела в последние дни, что не могла самостоятельно добраться до ванной. И это ужаснее всего. Когда тебя предает и подводит собственное тело.

Слегка пододвинувшись, я обхватываю его ладонь своей. Кристиан невольно вздрагивает, когда между нами проскакивает знакомое электричество, заставляя чувствовать себя сильнее. Храбрее. Я опускаю голову ему на плечо, стараясь утешить, как это часто делал он.

«Я рядом, – мысленно говорю я. – И никуда не исчезну. Что бы ни случилось».

– Спасибо.

– Давай забудем на время о тьме и ожидающей нас участи и порадуемся жизни, – через какое-то время предлагаю я.

– Хорошо. Мне нравится эта идея.

Я отстраняюсь и бросаю взгляд на часы на приборной панели. Семь сорок пять. «У нас еще уйма времени», – думаю я. И у меня есть мысль, что поднимает нам настроение.

– Что ты задумала? – спрашивает Кристиан.

– Тебе понравится. Обещаю, – отвечаю я и завожу машину.

– Не отставай, – выскакивая из машины, кричу я и направляюсь по тропе Пайн-Маунтин к высоким деревьям.

К собственному удивлению, я помню весь путь, словно ходила по нему вчера. Судя по всему, день будет солнечным, но в тени гигантских секвой прохладно. На тропинке нет других туристов, и у меня возникает странное ощущение, будто мы с Кристианом – единственные люди на земле. Словно мы перенеслись во времена до зарождения человечества и в любой момент из-за деревьев нам навстречу выйдет покрытый шерстью мамонт.

Кристиан чуть отстает от меня, наслаждаясь окружающей нас красотой. И не колеблясь лезет вслед за мной наверх, когда мы добираемся до скалы Баззардс Руст. Так что через несколько мгновений мы оказываемся на вершине, осматривая долину, заросшую огромными деревьями, голубоватые горы вдали и искрящийся на солнце океан за ними.

– Ого, – выдыхает он, медленно поворачиваясь кругом, чтобы оценить красоту.

– Это же сказала и я, когда оказалась здесь впервые. – Я сажусь на валун и откидываюсь назад, чтобы насладиться солнечным теплом. – Когда мне исполнилось четырнадцать, мама привезла меня сюда, чтобы рассказать об ангелах. Еще она сказала, что это ее любимое место для размышлений. И, оказавшись здесь сейчас, я думаю, оно может стать таким и для меня. Преподаватель с уроков поиска счастья говорит, что мне нужно найти такое место. Комфортную зону.

– Кстати, как проходят занятия по этому предмету?

– Ну, в целом неплохо.

– Ты чувствуешь себя счастливой? – с еле заметной ухмылкой спрашивает он.

Я пожимаю плечами:

– Преподаватель говорит, что счастье – это желание обладать тем, что у тебя уже есть.

Кристиан задумчиво хмыкает:

– Думаю, я с ним согласен. И это так просто. Что же тогда у тебя не так?

– Ты о чем?

– Ну, почему ты ответила «неплохо».

– Ох. – Я прикусываю губу, но все же решаю признаться: – Каждый раз во время медитаций я начинаю светиться.

– Каждый раз? – удивленно спрашивает Кристиан.

– Ну, теперь уже нет.