Бобби стало не по себе.

— Мне пора, — сказал он, поднимая воротник куртки.

— Может, останешься на ужин? — разочарованно спросила Шарлин.

— Не могу, я встречаюсь с Америкой.

— Конечно, конечно, — она вернулась в квартиру, а Бобби последовал за ней. Внезапно Шарлин набросилась на него. — Ты с ней спишь?

— Не твое дело, женщина, — резко ответил он.

— У нее какая-то власть над тобой, иначе бы ты не отказался от такого выгодного предложения.

— Есть такое понятие, как порядочность. Запомни это слово, возможно, когда-нибудь оно тебе пригодится.

Позднее Бобби встретился с Рокетом и его женой Роман в ресторанчике, где подавали жареных цыплят с черными бобами.

Рокет прекрасно выглядел. Актерская слава шла ему. Он так и не подрос, остался темноволосым и легко поддавался настроению, но приобрел уверенность в себе и силу. Теперь он мог сам выбирать роли. Его часто приглашали на съемки, и Рокет был доволен собой.

Роман оказалась серьезной негритянкой с блестящей репутацией характерной актрисы. Они с Рокетом встретились на съемках в Джорджии. Бобби подозревал, что его друг женился из мести Шарлин.

Он с горечью вспоминал ночь их разрыва. Шарлин уже многие недели встречалась с Маркусом Ситроэном. Она являлась домой рано утром, накачанная наркотиками и неразговорчивая. Бобби не знал, как поступить. Наконец, он допустил слабинку, позвонил Рокету в Лос-Анджелес и сообщил, что возникла проблема.

— Осталось два дня озвучивания, и я вернусь, — доверительно сказал Рокет. — Обязательно.

Друг приехал как раз вовремя, чтобы поздороваться с Шарлин, когда она появилась дома в шесть часов утра.

Часа два они орали друг на друга, потом еще два занимались любовью. А позднее, когда Рокет с Бобби отправились в кафе за мясом и картофельным салатом, друг признался, что все отлично: Шарлин признала свою вину, и они любят друг друга, как прежде.

Наверное, сама Шарлин об этом и не догадывалась. Когда они вернулись домой, она собралась и уехала. Маркус Ситроэн прислал за ней машину с шофером. Рокет поклялся, что никогда не простит ее.

Америка появилась в ресторане, когда они пили кофе. Она очень надеялась на новую песню Бобби, та уверенно поднималась к первому месту среди негритянских блюзов.

— Будет здорово, если мы победим, — обыденно произнес он, раздумывая над словами Шарлин.

Америка покачала головой:

— Это очень трудно. Можно пересчитать на одной руке негритянских певцов, добившихся успеха.

— Стиви Уандер.

— Дионн Уоррик, — вмешалась Роман.

— Джонни Матис, — добавил Рокет.

— Мы говорим с вами об исполнителях поп-музыки, — сказала Америка. — Бобби Манделла поет только «соул», предназначенную для негритянской аудитории. Его обожают. Ведь этого достаточно?

Однако Бобби впервые подумал, что может достичь большего.

— Послушай, парень, почему мы никогда не видимся? От тебя ничего не слышно. Как ты относишься к своей кузине Фанни? А может, у тебя короткая память? Эта женщина много сделала, когда ты был в дерьме. А теперь все в порядке, и ты нас забыл? Что скажешь, парень?

Голос Эрнеста Кристала нельзя было спутать.

— Не называй меня парень, — угрожающе произнес Бобби, раздумывая, как Эрнесту удалось выследить его после семи лет молчания. — Какого черта тебе нужно?

— Что мне нужно? — фальшиво и неискренне удивился Эрнест.