— Патрон будет доволен, — констатирует факт Маркус Шульц, после чего продолжает. — Если вы не имеете возражений, в сеть и прессу будет сброшена информация о мотивах, по которым были уничтожены трое представителей диаспоры и вот-вот к ним присоединится четвёртый. Без вашего имени, но с указанием причастности покойных к подготовке известного теракта.

— Принимается. Это будет… полезно и для многих познавательно. Что ещё?

— Патрон надеется, что вы не станете говорить об этом и последующих разговорах…

— Молчание в интересах обеих сторон, — согласился я. — В свою очередь, хочу напомнить этому вашему патрону, с которым мы пока не познакомились, что безопасность моего друга является непременным и обязательным условием. Равно как и свободна его передвижения в любой момент.

— Безопасность, герр Макс, — сверкнул глазами Шульц. — Именно она вынуждает меня напомнить, что Станиславу лучше находиться под защитой. Ии менять внешность, документы, после чего скрываться в какой-то отдалённой местности, пока не утихнет интерес Корпорации.

— И всё же это исключительно его выбор. Что скажешь, Слав?

На лице моего приятеля, как говорилось в старых романах, «отражалось нешуточное борение». И свалить хотелось, и беспокойство о сохранности собственного организма учитывать однозначно стоило. Сомнения наконец сменились уверенностью, и он произнёс:

— Не мастер я бегать с голой задницей. И даже при деньгах не учили такому. Я журналист, а не авантюрист и отморозок вроде тебя. Если ты считаешь, что мне ничего не грозит, то…

— Пока не грозит, — уточнил я. — За дальнейшее ничего не скажу. Так что подумай как следует и взвесь риски. Ну а вы, Шульц… В довесок к уже пришедшим документам хочу получить полную раскладку по слабым местам работающих на Корпорацию Скользящих. То есть их прокачка, оружие с амуницией, используемые в тех или иных случаях тактические схемы, умение импровизировать и всё в таком духе. Вы, как я вижу, человек ни разу не гражданский, поэтому понимаете необходимость мной затребованного.

— Понимаю, передам. Скажу, что это нужно срочно. Но как передать, если вы будете не здесь?

— По скарлайговским сообщениям для таких так я, «игроков». Вот логин одного моего тамошнего союзника, сбросите туда нужную информацию, — набрав полный логин Алиэнель, я отправил его собеседнику. — Свой, уж простите, не доверю, поскольку не знаю, есть ли возможность отслеживать.

— Разумная предосторожность. Когда патрон может рассчитывать на встречу?

— На разговор — скоро. А уж о дальнейшем буду договариваться непосредственно с ним. Можно через этот адрес, можно через другой, который будет прилагаться к обещанной информации. А сейчас все, разговор окончен. Славка, держись там.

— Держусь… наверно.

— И хвост чтоб пистолетом, — подмигнул я попавшему в круговерть безумных событий Славке, после чего оборвал связь. Финита. И так уже о многом договорились.

Теперь настала пора подумать о наших дальнейших действиях… с учётом недавно случившегося. Пусть этот «патрон», а им с большой вероятностью мог быть либо Михаил Тормасов, либо Мануэлла Гонсалес — те два члена совета директоров, не кого не было предоставлено качественного досье — и не вызывал даже минимального доверия в качестве союзника, но… Доверять и использовать — совершенно разные понятия. Главное тут, чтобы использовал я, а не меня. А для этого следовало подготовиться сперва к заочной беседе, а потом, нельзя исключать, что и к реальной встрече.