– Спящая красавица просыпается, – послышался чей-то голос.

Аманда повернула голову в ту сторону, откуда донесся голос. От острой боли ее лицо исказила гримаса. Крупные капли дождя отскакивали от лица Аманды.

– Ну что ж, теперь мы ее немного потрахаем? – спросил человек с окровавленным лицом.

– Терпение, – ответил рябой, явно выполнявший роль руководителя.

– Как мне хочется заставить эту сучку повопить! Вы только посмотрите на мое лицо...

Рябой пошевелил Аманду мыском ботинка.

– Ну что скажете, сеньорита? Хотите, чтобы мы с вами занялись любовью? О, нашей встречи вы никогда не забудете! Мы превосходные любовники.

Тошнота подступила к горлу Аманды. Она кое-как перевалилась на бок и попыталась справиться с рефлексом; ей не хотелось демонстрировать перед подонками свою слабость.

Вожак повернулся к тому, который постоянно предлагал расправиться с Амандой:

– Мне кажется, мы ей не нравимся. – Он внимательно посмотрел на нее. – Правда, это не имеет никакого значения, не так ли, Аманда?

Только сейчас она поняла, что им известно ее имя. Аманда взглянула на главаря.

– То, чего ты хочешь, и то, чего ты не хочешь, не имеет никакого значения. Ты принадлежишь нам. Мы можем оттрахать тебя, можем избить, можем исполосовать твое личико так, что никому больше в жизни не захочется тебя трахать. Все в нашей власти.

От страха чувства Аманды обострились до предела. Она оглянулась по сторонам. Ее завезли в какой-то лес. Вокруг возвышались темные силуэты деревьев. Аманда попыталась сесть. Любое движение причиняло острую боль.

– Если ты думаешь, что от нас можно убежать, то ошибаешься. Попытаешься сбежать – и мы тебя изобьем. Хочешь, чтобы тебя побили?

Аманда внимательно всматривалась в своего мучителя, но ничего не отвечала. Он протянул руку, схватил ее за волосы и резко потянул вверх. Аманда сжала зубы, чтобы не закричать.

– Давай хотя бы об одном поговорим начистоту. Свободы у тебя больше нет никакой. Поняла? Если мы скажем, что ты должна что-то сделать, ты должна повиноваться. Если зададим тебе вопрос, ты должна будешь на него ответить. Ну, хочешь, чтобы мы тебя побили?

– Нет, – выдохнула Аманда. Он отпустил ее волосы, и она упала на землю. И тут Амандой, лежащей в липкой холодной лесной грязи, овладел немыслимый, неописуемый, животный страх. Ей удалось убежать от хирурга-маньяка только для того, чтобы спустя всего несколько месяцев оказаться в плену у каких-то садистов, вновь беспомощной и одинокой. И на сей раз без всякой надежды на спасение.

– Что это такое?

Аманда попыталась сосредоточиться на предмете, болтавшемся на руке у рябого.

– Мои ключи, – ответила она.

– Верно. У нас есть ключи от твоей квартиры, ключи от дома твоего отца, ключи от твоего офиса. Мы можем проникнуть куда угодно. Мы можем прямо сейчас пойти к тебе на квартиру и устроить там полный разгром. Мы можем пойти к твоему отцу и перерезать ему глотку. Мы сможем сделать все, что захотим. Ты поняла?

Аманда кивнула.

– Встань.

Аманда с трудом поднялась. После наркотического опьянения ее все еще качало из стороны в сторону, а руки и ноги казались ватными.

– Снимай одежду.

Из глаз Аманды покатились слезы, она прикусила губу, однако ни одной другой частью тела не смогла пошевелить. Вожак нанес ей сильный удар в солнечное сплетение. Она скорчилась и упала на колени. На этот раз ее вырвало. Мужчины молча наблюдали. Аманда упала на четвереньки, и ее еще раз вырвало. Когда рвота прекратилась, сверху к ней протянулась рука с носовым платком. Это был тот самый платок, что лежал у нее в сумочке.