Изменить размер шрифта - +
Но всякий раз, когда закрывала глаза, она вновь мысленно возвращалась в лес. Аманда лежала в позе эмбриона и дрожала, несмотря на несколько одеял. Из-за нечеловеческой усталости примерно к половине третьего Аманда все-таки отключилась, хотя и после этого пару раз просыпалась в холодном поту, вспоминая, что видела какой-то жуткий кошмар. Когда она встала, решив больше не пытаться уснуть, еще не рассвело. По окну молотили пулеметные очереди дождя. Сил заниматься зарядкой у Аманды не было. Она прошла на кухню, но единственное, что смогла проглотить, была чашка чаю с тостом. Пока кипятилась вода, Аманда тихо плакала.

Она не могла даже вообразить, что сможет выйти из квартиры. А что, если те мужчины ждут ее в гараже или за дверью? В девять часов Аманда позвонила на работу и сообщила, что заболела. Попросила Дэниела Эймса заняться ее обязательствами на сегодняшний день, потом снова легла в постель, хотя уснуть не смогла. Она попыталась читать и не могла сосредоточиться. Аманда снова и снова продолжала мысленно переживать случившееся.

Потом она прошла в гостиную и включила телевизор. Старый фильм немного отвлек ее от жутких мыслей, но где-то в середине она снова начала плакать. В полдень Аманда заставила себя заняться приготовлением обеда, так как сам процесс стряпни отвлекал от страшных воспоминаний. Аманда делала бутерброд, когда зазвонил телефон, и он так испугал ее, что она выронила нож, который со стуком покатился по полу. Вначале Аманда решила не брать трубку, но, услышав голос Кейт, передумала.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила Кейт.

– Не очень хорошо.

– Простудилась?

– Да, и очень сильно.

– Ну что ж, может быть, мне удастся немного тебя приободрить.

Кейт рассказала Аманде о своем визите к судмедэксперту и о том, что она узнала о смерти Майкла Израэля. День назад новости, сообщенные Кейт, несомненно, вызвали бы интерес у Аманды, а вот сегодня они оставили ее совершенно равнодушной.

– Уйдя от патологоанатома, я начала искать случаи сходных самоубийств в Орегоне, – продолжала Кейт. – Нашла лишь одно, зато очень интересное. Двенадцать лет назад в окружном суде Малтномы работал Альберт Хэммонд. Ты его помнишь?

– Когда я еще училась в школе в старших классах, отец участвовал в рассмотрении крупного убийства. Председательствовал на процессе Хэммонд. У него были какие-то проблемы?

– Большие проблемы. Хэммонда арестовали за управление автомобилем в нетрезвом состоянии и за сопротивление полицейскому, производившему задержание, Деннису Пикслеру. Ему грозила позорная отставка. Хэммонд сообщил газетчикам, что Пикслер был подкуплен и специально сфабриковал все это дело. Примерно через месяц Пикслер покончил с собой. Он оставил предсмертную записку, в которой оправдывал Хэммонда. В записке говорилось, что наркоторговцы, стремившиеся отомстить судье за вынесенный когда-то приговор, заплатили Пикслеру за то, чтобы он сфабриковал против Хэммонда ложное обвинение. Полиция, конечно, допросила наркоторговцев, упомянутых в записке, и те, разумеется, все отрицали. Жизнь Пикслера была застрахована, однако страховая компания отказалась выплачивать оговоренную сумму, когда судмедэксперт заявил, что смерть Пикслера наступила в результате самоубийства. Вдова Пикслера не признала выводы экспертов и подала в суд на страховую компанию. Отчет о вскрытии был включен в число свидетельств, представленных на суде. Согласно ему, в крови Пикслера было обнаружено шестьсот миллилитров темазепама. Это тот же самый медикамент, который нашли в крови Майкла Израэля. И то же самое количество.

– Интересно, бесспорно, интересно, Кейт. Только ты же знаешь – Робард не позволит нам выступать на суде ни с чем подобным.

– Согласна. И все же такие факты заставляют задуматься. К тому же есть кое-что еще.

Быстрый переход