|
Аманда прошла по своему кварталу к мексиканскому ресторану и заказала там салат "тако". Она ела и в мыслях невольно возвращалась к делу Дюпре. Даже при всех тех уликах, которыми она на сегодняшний день располагала, Аманда не представляла, как ей убедить присяжных оправдать Джона в деле об убийстве Уэнделла Хейеса. Тим Керриган легко докажет, что Джон убил своего адвоката. Поэтому единственный способ для Аманды хоть как-то облегчить судьбу подзащитного – попытаться убедить присяжных в том, что Дюпре сделал это в целях самозащиты. Только для выдвижения подобной версии придется доказать, что один из самых видных юристов штата решил рискнуть своей карьерой и пронес в тюрьму заточку, дабы убить человека, которого он практически не знал. Кое в чем она могла основываться на свидетельствах Пола Бейлора, однако главной загвоздкой все равно оставались мотивы Хейеса. В конце концов, Дюпре и так грозила смертная казнь. Зачем же рисковать буквально всем – собственной карьерой, репутацией, жизнью – ради убийства Дюпре, если государство вот-вот почти наверняка расправится с ним само?
Аманда застыла с вилкой, поднесенной ко рту. А ведь неплохой вопрос... Она решила его хорошенько обдумать. Каковы были обстоятельства, которые заставили Хейеса действовать с такой поспешностью? Ей на ум приходил только один ответ. По всей видимости, Хейес полагал, что Джону известно нечто такое, что может нанести серьезный вред самому адвокату или его дружкам по тайному союзу. И что такого страшного мог узнать Джон? Ответ на ее вопрос был способен дать лишь один человек. Аманда поспешно доела салат и направилась в тюрьму.
Джон Дюпре уже успел приспособиться к тем неудобствам, которые вносили в его жизнь кандалы, и потому сегодня, садясь на стул перед Амандой, сделал это даже не без некоторой грации. – Как могло случиться, что столь высокооплачиваемый адвокат посещает тюрьму вместо того, чтобы сидеть за роскошным обедом? – спросил Дюпре. – Ах, Джон, у защиты не бывает передышек. Дюпре улыбнулся. И Аманда поняла, что он улыбнулся впервые за все время их общения. Возможно, ей наконец-то удалось пробить его броню. – Значит, – произнес Дюпре с некоторым напряжением, – у вас есть какие-то новости? – Нет, особенных новостей у меня нет. У меня есть вопросы. – О чем? – Уэнделл Хейес пытался вас убить, чтобы вы не смогли ничего рассказать в полиции о тайной организации влиятельных людей, в которую входит Педро Арагон? – О чем это вы, черт вас возьми? На кого вы работаете? – Я работаю на вас, Джон, и должна вам откровенно признаться – вы затрудняете мне работу. Вы должны все рассказать. Дюпре украдкой бросил взгляд на охранника, наблюдавшего за ними, затем наклонился и заговорил так тихо, что Аманда едва могла его расслышать: – Держитесь от подобных дел подальше. Вы мне все равно ничем не поможете, а с вами быстро расправятся. – Джон... – Слушайте меня. – Он повернулся таким образом, чтобы охранник не мог видеть его лица. – Во время разговора прикрывайте рот, вот так, как я. – Что? – Вы даже не представляете, с кем связались. Охранник может состоять у них на службе, и он прочтет по губам все, что вы скажете. – Неужели вы серьезно? – Делайте так, как я вам сказал. Слова Дюпре убедили Аманду, что он уверен – им грозит реальная опасность. Она полностью доверяла охранникам, но сделала так, как велел Дюпре, просто чтобы угодить ему. – Они прислали Хейеса, чтобы заставить меня замолчать, – прошептал Дюпре. – Эти люди повсюду. Они убили Оскара Бэрона. – Бэрона убили грабители. |
