Дея с замиранием сердца следила, как за кормой расступаются маслянистые волны. Боялась ли она? До немоты пальцев. Уже сидя в лодке, принцесса не раз подивилась своей решимости. У нее за пазухой болтался кожаный мешочек, в нем, плотно прижавшись боками друг к другу, ждали своего часа два хрустальных пузырька с зеленоватой и бурой жидкостью. В одном из них было полынное масло, вызывавшее сильное возбуждение. В другом — раствор корня валерианы, успокаивавший волнение в крови. Огмис справедливо боялся, что девочка-подросток не вызовет интереса командующего, да и сама не справится по неопытности. Поэтому и вручил ей опасные игрушки.

Если Дею ждала удача, она должна была принять полынь перед тем, как сойтись с акалелем. Это поможет ей пережить дальнейшее. Второй пузырек девушке предстояло выпить утром: он унимал телесный жар, действовал как обезболивающее и погружал в безучастность.

Но сейчас принцесса совсем не была уверена, что ей повезет. Громадный лагерь атлан надвигался на нее жаркой стеной костров. Дома казалось, будто она сможет здесь где-нибудь спрятаться и незаметно пробраться к шатру командующего. Теперь стала очевидной вся наивность такой надежды. На атланской стороне было светло как днем. Шум не смолкал ни на минуту. Мимо берега гнали группы пленных, взятых в предместьях. Возле самой кромки воды, в камышах лежали трупы, прибой накатывал на них, шевеля одежду, как на живых.

Вот теперь Дея испугалась по-настоящему. Какая же она дура! Надо поворачивать обратно и грести во все лопатки… Один из солдат вошел по колено в воду, чтобы набрать котелок. Он заметил лодку у берега и обеими руками вцепился в борт.

— А ну, красотка, что ты тут делаешь?

Дея не поняла ни слова. Ее, конечно, учили атлю. Но сейчас человек говорил слишком быстро. К тому же голос у него был грубый и хриплый. Однако его намерения казались и так ясны. Девушка отпрянула к другому краю, лодка черпнула воды.

— Эй, парни! — во все горло заорал солдат. — Смотрите, какая краля к нам пожаловала! Верно, гиперборейцы ей не по вкусу. Хочешь атлан? Хочешь, сучка? — Он отшвырнул котелок и вцепился нежданной гостье в руку. — Иди сюда, маленькая дрянь. Мы тебя угостим!

К нему уже бежали товарищи, поднимая тучу брызг на мелкой воде. Дею выволокли в грязь и потащили к берегу. По вывернутым осклизлым корням камышей, по трупам, по песку.

— Надо же какая чистая! И брыкливая! — Один из атлан всей горстью схватил девушку за лицо. — Кожа белая…

Это, кажется, удивляло их больше всего. Они никогда не видели женщин с такой светлой кожей. Кто-то намотал волосы Деи на кулак и дернул голову назад.

— Зубы хорошие, — констатировал солдат. — Эта шлюха может недешево стоить.

Его товарищи вряд ли были способны на такую рассудительность. Они уже разорвали на принцессе одежду, подхватили ее под колени, растянули ноги.

— Тихо, тихо! Не раздерите на части! — хохотнул кто-то. — Поаккуратнее, ребята! После нас ее еще можно будет продать!

— Это моя добыча! — отгрызнулся тот, с котелком. Вернее, уже без котелка, но с браслетами Деи в руках. — Я сам решу, продать ее или как.

Если она и кричала, то ей быстро забили рот землей. В сущности, ничего другого не стоило и ожидать. Именно этого боялся Звайнальд. У него одного имелась голова на плечах. Да еще если б Алдерик узнал, во что втравили его дочку, он приказал бы повесить всех вёльвов, невзирая на возраст и прежние заслуги.

В эту ночь Акхан опять спал плохо. Вернее, не спал. Его слабо потряхивало. Вард отчаялся привести хозяина в чувство и ушел в соседний шатер. От акалеля все равно нельзя было добиться толку. Он только хрипел и мотал головой.