Я не нашлась, что ответить. И, кстати, пора было возвращаться. Пса нельзя было надолго оставлять один на один с кузнецом, он не умел заботиться о больных.

Но когда мы подошли к пещере, мы услышали там тихий голос, не принадлежавший Псу. Я сделала Змею знак молчать.

—…один человек, тебе не нужно знать его имя… с берега Уэссекса, прямо напротив Галлии…. может устроить тебе путешествие через… нет, даже не упоминай, об этом позаботятся.

— Шеф. — Голос Эвана звучал слабо, но, похоже, он все понял. Значит, он проснулся и его разум сейчас достаточно ясен.

Змей отошел ниже по ручью и чем-то занялся. Я ждала, находясь вне поля зрения говоривших, любопытство во мне победило воспитание.

— Что удержало тебя, когда ты увидел, что от меня осталось? — спросил Эван. — Что тебя остановило?

Возникла короткая пауза.

— Не буду врать тебе, Эван, — тихо ответил Бран. — Я бы сделал это. И я до сих пор не уверен, что поступил правильно.

Снова молчание. Кузнец явно устал.

— Эта штучка любит покомандовать, а? — сказал он наконец, подавив кашель. — Ей нравится принимать решения. Она меня уболтала. Не знаю, спал я или нет, но я слышал, что она говорила. Она все прямо мне рассказала. Сказала, руку отрезать. Сказала, это не конец света. Рассказала, что я смогу делать без руки. Впихнула мне в голову пару идей, я и мечтать о подобном не смел. Спроси ты меня вчера, я бы проклял тебя за то, что ты меня сразу не прикончил. А теперь я в этом не так уверен.

— Ты лучше отдыхай, — сказал Бран. — Или меня без сомнения обвинят в том, что я нарочно мешаю ей работать.

— Она себе на уме. Как раз в твоем вкусе. И симпатичная.

Бран ответил не сразу. А когда он наконец заговорил, в голосе его уже не слышалось теплоты.

— Я не настолько глуп, кузнец.

— Угу.

Он направился к выходу. Я тут же бросилась встряхивать влажную одежду и развешивать ее на кустах боярышника. Он замер у входа.

— Где Пес? — спросила я, не оборачиваясь.

— Недалеко. Я останусь, пока он не вернется.

— Не стоит, — ответила я. — Змей все еще здесь. Одного сторожа мне вполне достаточно. Можешь мне доверять, я не стану убегать от больного. Я бы не согласилась его лечить, если бы планировала при первой же возможности удрать.

Я подняла на него глаза. Он очень серьезно смотрел прямо на меня, и я не в первый раз подумала, как же это странно — видеть сразу два лица у одного человека. От узоров на правой стороне глаз казался угрожающим, нос — заносчивым, а рот — жестко сжатым. Но слева кожа была чистой, нос прямым и четко очерченным, а глаз — глубокого и спокойного серого цвета, как вода озера зимним утром. Только рот был с двух сторон одинаков: жесткий и суровый. Словно в одном теле уживались два человека… Ох, я снова пялюсь! Я заставила себя отвести взгляд.

— Доверять? — переспросил он. — Это бессмысленное слово.

— Как тебе угодно, — ответила я и собралась войти в пещеру.

— Погоди, — остановил меня Бран. — Ты, я думаю, все слышала? Слышала, что сказал кузнец?

— Кое-что. Я рада, что его сознание прояснилось.