ГЛАВА 2

После того, как Дейн и Мэтт закончили с домашним заданием, они направились в дом Кэндис. Мы с Рорком пошли на кухню, чтобы рассказать папе о наших планах. Он не задавал нам лишних вопросов о вечеринке. Это была ночь пятницы.

— Не забывай приглядывать за сестрой, — сказал он Рорку. У него была привычка рассматривать Рорка как моего персонального телохранителя.

— Да-да, — ответил Рорк. — Я доставлю её домой в целости.

Папа переключил внимание обратно на Кивы народа Хопи.

— И примите дополнительную дозу альтовенено, прежде чем пойти.

Рорк открыл наш шкафчик с витаминами.

— Я выпью сейчас же.

Он вынул бутылку, где мы хранили альтовенено, вытряхнул две пилюли и передал одну мне. Я положила её в рот и сморщилась. Нужно было её жевать, а на вкус она была как трава с землей. И всё равно, каждый день папа заставлял нас принимать альтовенено. Он говорил, что это рецепт древней цивилизации инков и говорил, что с ними наше тело не будет всасывать наркотики или яд, которые враги могут подсыпать нам в еду.

Я сомневалась, что таблетка как-то действовала, кроме как убеждала папу, что нас не убьют при выходе из дома. Поэтому, я принимала её без жалоб. Обычно.

Сегодня, поскольку мне не нравилось, что я выпила две за день, я сказала:

— Если оно и правда блокирует действие яда, почему бы не наладить массовое производство? Мы разбогатеем.

Папа поднял взгляд от своей книги, его взгляд был терпеливым, но твердым.

— Если враг узнает, что оно у нас есть, они найдут способ обойти его, — папа встал, взял у Рорка бутылку и проверил, сколько осталось. — Никакие деньги не стоят того, чтобы подвергать моих детей опасности, — он защелкнул крышку и поставил бутылку обратно в шкаф. — Семья важнее всего. Всегда.

У папы было много способов оберегать нас от опасности. Прежде, чем мы переезжали в новый дом, он нанимал людей, которые устанавливают стальные двери, пуленепробиваемые стёкла, засовы на всех дверях, включая двери наших спален.

Я полагала, что это было иронично, что ни одна из этих предосторожностей не сохранила маме жизнь — тяжелый урок.

Я проглотила пилюлю с содроганием, и напомнила себе не протестовать против папиных мер безопасности. Это был его способ показать, что он нас любит. И, кроме того, я должна просто радоваться, что мир не так разрушителен, как думает папа.

***

Я была самой младшей на вечеринке Кэндис. Я была знакома с немногими кроме Рорка и Дейна, а их постоянно окружали чирлидерши. Несмотря на мои намерения очаровать Дейна остроумной беседой, в которой не участвовали навозные жуки, я не хотела соревноваться с группой поддержки за его внимание. Если бы я флиртовала с ним, а он игнорировал меня, это доказывало бы то, что я была не так уж красива или интересна, или чего он там ещё хотел.

Обычно, когда я никого не знала, я искала кого-нибудь, кто сидел один, и общалась с ним. Но в этот раз я не могла заставить себя это сделать. Поэтому я села на диван в гостиной, взяла тарелку чипсов и пыталась не выглядеть, как аутсайдер. Вероятно, у меня это не получилось. Время от времени подходил какой-нибудь парень, пытался поболтать, потом мигрировал в сторону кухни.

По большей части я проводила время изучая обстановку гостиной Кэндис. Перед тем, как в очередной раз переехать, папа обычно брал нас с Рорком в экспедицию на полюс. Мама оставалась и искала для нас дом. Когда мы переезжали в новое место, всё было укреплено, распаковано и расставлено.

Даже прожив в Аризоне три месяца, папа всё ещё не покрасил стены и не развесил картины.