Бунцев передал радисту микрофонную трубку и приказал одному из дежурных офицеров штаба:

— Командира первой роты капитана Бочарова сюда! — И повернулся к Миснику. — . Поставьте Бочарову задачу десантироваться повзводно вот в эти три точки. Надо блокировать противника с юга и запада, не допустить его отступления в горы и «зеленку». Я уверен, Бочаров продержится до нашего подхода. Вы останетесь здесь. Организуйте связь со мной и Бочаровым, поторопите с вертолетами.

— Командир, — взмолился Мисник, — разреши мне с первой ротой десантироваться!

— Нельзя. Ты нужен мне в штабе. Мы ведь не знаем, как все может обернуться. Свяжись с командованием афганской дивизии, оговори возможные варианты. Будь на постоянной связи.

Колонна, взревев мощными моторами, рванулась вперед. Бунцев деловито оглянулся: все машины в движении. Тогда он спустился вниз через верхний люк, пристроился к маленькому столику и расстелил на нем карту. Идти надо было около двадцати километров. За это время он должен был поставить задачу командирам, еще раз проиграть на карте и мысленно свои действия.

Мисник сообщил, что вертолеты с десантом ушли. Их маршрут пролегал за хребтами гор, они-то и прикроют десант во время подхода к цели.

Бунцев отдавал необходимые распоряжения по радио, но тут его снова вызвал на связь Мисник. Он сообщил тревожную весть. В пяти километрах южнее уездного центра остановилась на отдых афганская автоколонна из восьмидесяти семи единиц техники. Эта колонна везла населению соседнего уезда продовольствие, керосин, солярку, одежду. Душманы каким-то образом узнали об этом и несколько минут назад напали на колонну. Идет бой. Сопровождение колонны просит помощи. Затем Мисник сообщил комбату, что к ним направлены афганским командованием на помощь две роты ближайшего батальона «Командос». Расчетное время прибытия этих сил не раньше как через час.

И опять Бунцев склонился над картой. До подхода к уездному центру оставалось три километра. Комбат думал. Мысль работала четко и быстро. Он обдумывал варианты боя, свои действия и действия противника, возможные неожиданности.

А вот и последний поворот.

Впереди уездный центр. Справа от дороги видны клубы дыма. Бунцев поднялся на броню. В бинокль начал следить, как из-за гребня гор выскакивали вертолеты и резко шли на снижение. Колонна уже входила в городок, а душманы еще ни одним выстрелом не встретили батальон. Прямо с дороги повзводно боевые машины резко поворачивали направо, оставляя за собой длинные шлейфы пыли и дыма, с ходу вступали в бой. Словно в мультфильме, действовали артиллеристы и минометчики. Тысячекратно заученными движениями они готовили свои орудия и минометы к бою. Десантники действовали прямо с борта, ошеломляя и подавляя противника огнем и мощью «брони». Но вот первые ряды достигли «зеленки». Дальше машинам не пройти. Фруктовые деревья, кустарник и арыки были серьезным препятствием. Поступила команда спешиться. Солдаты ловко соскакивали с машин и, разворачиваясь в цепь, продолжали атаку. Душманы уже опомнились и, отстреливаясь, начали отступление от здания уездного комитета, а через несколько минут побежали они и от здания царандоя.

Труднее пришлось десантникам у лицея. Душманы успели укрыться за толстыми дувалами. Их гранатометчики открыли огонь по подошедшим боевым машинам. Один бронетранспортер задымил, и вскоре из его моторной части выплеснули наружу языки пламени. Вести огонь из тяжелого оружия атакующие не могли, за дувалами могли быть и дети, которых бандиты намеренно не выпускали из лицея. Поэтому командир разведывательного взвода, выставив три БМП на прямую наводку, огня из орудий не открывал.