— Вот дает! — воскликнул Леонов. — В этом ведерке гепатита и тифа запросто на целый батальон хватит. Неужели и нас такими помидорами угощают?

— Поэтому вам и говорят, ничего, кроме того, что дают в части, и того, что вы покупаете в нашем магазине, не есть, — назидательно сказал замполит. — Все, что мы едим с вами, доставляется с Родины. Жалко только наших советников и гражданских специалистов, которым приходится покупать продукты на базаре. 

— Они же дезинфицируют все это? — спросил. Коблик..

— Конечно. Но надо быть предельно осторожными. Кстати, в городе канализация почти отсутствует, и вот такие маленькие арыки служат одновременно, и для полива зелени, и для стока нечистот. Вы, наверное, обратили внимание на микрорайоны с пятиэтажными зданиями? Эти дома готовятся на домостроительном комбинате, построенном Советским Союзом.

— Этот комбинат расположен за аэродромом? — спросил Кольцов.

— Да. Из нашего городка видны его большие корпуса.

Их машина в этот момент уткнулась носом в металлические ворота. Около них стоял часовой. Он был в каске, бронежилете, с автоматом. Недалеко — бронетранспортер, его пулемет направлен в сторону пустыря.

Бакин предъявил вышедшему дежурному офицеру документы, и «уазик» въехал на территорию госпиталя. Деревья и кусты, арыки с водой и цветочные клумбы создавали впечатление уюта. Госпиталь располагался в нескольких длинных бараках. Бакин пояснил:

— Госпиталь расположен в бывших конюшнях, принадлежавших шаху. Что поделаешь, афганцы рады бы отдать любое здание нашим раненым, но других помещений в городе попросту нет.

Им нужно было отыскать хирургическое отделение, и Бакин остановил молоденькую медсестру. Она мельком, но внимательно окинула взглядом каждого из парней и пояснила:

— Следующий корпус, входите в третью дверь и по коридору до самого конца.

Во дворе, среди деревьев, на бетонных стенках арыков сидели раненые. Все в одинаковых, синего цвета, брюках и пижамах с подшитыми белыми воротничками. Некоторые парни были без руки, другие без ноги, а кто с повязкой на глазу, но все оживлены и веселы.

У входа в палату их встретил средних лет, одетый в безукоризненно белый, отутюженный халат мужчина. Спросил:

— Вы к кому?

Бакин пояснил. Мужчина окликнул медсестру, сидевшую за небольшим столиком:

— Люда, дай мне журнал учета раненых.

Он открыл журнал и пробежал глазами по строчкам.

— Так, Банявичус и Шувалов здесь, в этой палате. Чайкин тоже здесь, только в реанимации. А вот Попова — не вижу. У него какое ранение?

Бакин сказал, что Попов ранен в голову.

— Ясно. Тогда он должен быть в нейрохирургии. Вы пока посетите этих раненых. Люда, ты за это время выясни, где лежит Попов, и сообщи старшему лейтенанту.

Когда надевали халаты, Бакин спросил у медсестры:

— С кем это мы разговаривали?

— С начальником хирургического отделения подполковником Фисенко Альбертом Никитичем.