|
Особенно на бармена, тут же нырнувшего куда-то под стойку. Видимо, он не раз становился свидетелем лихих конфликтов.
Краска моментально покинуло лицо мордатого полицейского, но он все еще стоял, упрямо набычившись:
— Охренели в атаке, бойцы? Это же подсудное дело оружием тыкать в военную полицию.
— Ты нам что, каким-то боком представился? — Есаул аккуратно бочком соскочил со стула и с потаённым вздохом скосился на бокалы полные пива, затем тыкнул трофейным Глок 35 прямо в переносицу бывшему менту. — Не пугай пуганых, мальчик! Не тебе тут командовать, сыкло тыловое.
— Э, мужики, хорош! — стоявший сзади второй полицейский нарочито миролюбиво поднял руки. — Непонятки вышли, вы уж звиняйте!
— Непонятки у тебя в штанах, вояки недоделанные. Чего вы тут в баре ошиваетесь и к людям пристаете?
— Ну а ты сам чем лучше?
Мордатый полицай даже с пистолетом у лба продолжал корчить из себя крутого.
— Во-первых, вы. Я все-таки старший сержант, а ты младший. Во-вторых, у вас машина там брошена на улице одна, да еще в чужом прифронтовом городе. И оружие валяется где попало. А это серьезный косяк и соответственно, конкретный залет. Ты мой шлем хорошо видишь? В нем встроена тактическая камера, которая моему командованию уже все передала. Вопросы еще есть?
Пока командир разговаривал с «крутым» полицаем, Филин успел взять на прицел третьего полицейского, так и оставшегося сидеть, да заодно забрать там висевшие на спинках стульев пистолет-пулеметы.
— Мы осознали все, давай разойдемся миром. Нам еще тут вместе работать.
Высокий крепыш, видимо, раньше уже имел опыт разнообразных разборок и старался сейчас не нагнетать обстановку, а договориться по-хорошему. Кому как не полицейскому знать о том, что люди после боевых операций частенько находятся во взвинченном состоянии. В таком виде и до поножовщины недолго. Никто уже не ценит ни свою, ни чужую жизнь.
— Можем и разойтись. Забирай своего и научи его хорошим манерам.
— Но документы мы все-таки имеем право проверить? — никак не унимался упрямый бычара.
— Паша, — вполголоса проговорил высокий, — мы военные полицейские, а это трофейщики. Мозги включи, блять, наконец!
— Новенький, что ли? — усмехнулся Есаул, но пистолет в сторону не отвёл. — Пацан, лучше привыкай сразу к реалиям войны. Это тебе не девок в тылу за сиськи дёргать.
Третий мужик из полиции, самый старший по виду все это время так и просидел с умным лицом за кружкой пива и сейчас с усмешкой наблюдал за выражением лица своего младшего товарища. У того, видимо, не сразу включились в мозгу нужные шестеренки, или скорей всего они напрочь отсутствовали. Все было предельно просто — военная полиция имела право требовать что-то только у армейских или жандармов. ЧВК для них были неподконтрольны в большинстве случаев. И вместо того, чтобы бычить, следовало подойти вежливо и аккуратно поинтересоваться нет ли у тех проблем. Вежливость прежде всего!
— Мужик, оружие забери, — Филин протянул третьему полицейскому стволы и тихонько спросил. — Не задолбался ты еще с этими идиотами?
— Ну а что поделать, — вздохнул пожилой полицейский. — В моем возрасте больше никуда не берут.
Есаул уже погрузил усы в пену и задумчиво глянул на запачканные маслом руки любителя пива.
— Ты не водила часом?
— Он и есть.
— У нас тут вакансия освободилась. Найдешь нас в порту, оформим быстро.
Водитель полицейской машины как-то разом озадачился, кивнул, закинул пистолет-пулеметы за спину и двинул к выходу. Через несколько минут послышался тихий рокот электродвигателя и по окнам бара мазанули фары отъезжающего автомобиля.
— Разбаламутили душу сволочи, — огорченно пробормотал Есаул и обратился к бармену. |