— Что бы ни случилось во время моего отсутствия, — сказал он, — оставайся в этом доме, чтобы я мог найти тебя. В доме короля тебе нечего опасаться.

— Это верно, — ответила Сабина. — А Ролана нет среди раненых? Я так молилась за него!

— Продолжай молиться, дитя мое, — сказал Дажé, — и не уходи из этого дома, что бы ни случилось. Берегите ее, дорогая мадам Жонсьер.

Арманда вздрогнула и посмотрела на парикмахера, который сделал прощальный знак рукой и вышел из комнаты. Дажé догнал Рупара и Урсулу, сходивших с лестницы.

— Не будем терять ни секунды, — сказал он порывисто. — Если то, что мне сказали, справедливо, мы погибли, англичане будут здесь через час.

— Кто вам это сказал? — спросила Урсула.

— Человек сведущий, офицер графа де Шароле, которого я встретил на мосту и который был возле короля, когда маршал сказал, чтобы король оставил поле битвы.

— Погибли!.. Англичане!.. Бежим! — восклицал Рупар бессвязно.

XXII. Раненые

— Вот видите, Сабина, Ролана среди раненых нет, — сказала Арманда.

— Боже мой! — ответила Сабина. — Я отдала бы десять лет жизни, чтобы увидеть его рядом с собой после этого сражения.

— Вы знаете, король говорил с ним вчера?

— Да, отец мой плакал, рассказывая об этом. Государь сказал Ролану, что нужно умереть, когда это необходимо, но не следует давать себя убить.

— Как добр король!

— Боже мой! Я опять слышу на мосту шум! — воскликнула Сабина. — Это, вероятно, раненые.

Крики слышались со стороны Шельды.

— Боже мой! Что это? — спрашивала Сабина.

— Мост полон людей, — продолжала Арманда, — сюда бегут солдаты… некоторые падают в воду…

— Ах! Они бегут, а офицеры пытаются их остановить…

Обе женщины переглянулись с выражением ужаса. Крики усиливались, смешиваясь с постоянным громом пушек и выстрелами.

— Боже мой! Это похоже на поражение! — сказала Арманда.

— На поражение! — повторила Сабина, и сердце ее сжалось. — Да… как будто эти солдаты бегут.

Сабина сложила руки.

— Боже мой! Что с нами будет?

Раненых опять пронесли под окнами.

— У нас кончился материал для перевязок! — кричали солдаты. — У вас остался?

— Мы весь отдали.

— А белье?

— У нас больше нет, мы оставили только самое необходимое.

— Давайте, давайте все.

— И нам дайте белья! — послышался голос.

Арманда вынула белье из ящика и подошла к окну, чтобы бросить на улицу. Солдаты несли носилки с несчастными, на которых страшно было смотреть. Запах крови доносился до обеих женщин.

Арманда, наклонившись, чтобы сбросить связку белья, заметила на другой стороне улицы человека в одежде сержанта французской гвардии, который делал ей выразительные знаки. Арманда вздрогнула: она узнала Тюлипа. Он сделал знак, ясно показывающий, что он просит ее выйти. С того места, где находилась Сабина, сержанта видно не было. Арманда побледнела. Она подумала, что Ролан убит и Тюлип пришел уведомить ее об этом. Женщина обернулась к Сабине.

— Есть еще белье.

— Где? — спросила Сабина.

— В передней первого этажа, у короля, — сказала она, как бы пораженная внезапной мыслью, — я побегу и принесу.