|
Она не почувствовала никакой боли, когда он вошел в нее, — так, просто секундное неудобство, от которого она отмахнулась, движимая настоятельной потребностью утолить мучивший ее голод. Максим откинулся на подушку, и она слегка коснулась губами его груди. Его руки легли ей на бедра, и она задвигалась. Ее сердце наполнилось восторгом, когда он ответил ей сильными толчками. Наслаждение, растекшееся по телу, открыло перед ней дорогу к заоблачным высотам, которых ей предстояло достичь. Ладони Максима легли ей на грудь, и Илис, выгнувшись, закинула голову. Ее длинные волосы золотистым водопадом заструились по спине и накрыли его бедра. Всем своим сердцем, сознанием и телом она отдавалась любви. В тишине каюты она слышала хриплое, учащенное дыхание мужа. Внезапно мир вокруг нее взорвался, и словно тысячи крохотных искорок пронеслись по телу, наполнив его экстазом. Она была женщиной, а он — мужчиной. Он господин, а она — его госпожа. Они муж и жена. Она — Илис, он — Максим. И любовь, властвовавшая в сердцах, и жар, сжигающий тела, навеки слили их в единое существо.
Опустившись в изнеможении на грудь мужа, Илис испустила долгий вздох. Прижав ее к себе, Максим целовал ее лицо, гладил по голове и шептал слова любви. Огонь, владевший девушкой, иссяк, и она, спиной ощутив прикосновение холодного воздуха, поежилась. Максим перекатил ее на спину и лег на нее, предварительно укрывшись, меховым одеялом. На его лице заиграла лукавая улыбка, когда он заглянул в глаза жены. В нем поднималась новая волна возбуждения. — Ваше любопытство удовлетворено, мадам? Почувствовав нараставшее томление, Илис задвигалась под ним, намеренно пробуждая его желание. Обвив руками его шею, она мечтательно вздохнула: — У вас есть чему еще научить меня, милорд? — А вы не очень утомлены? — прошептал он, вопросительно приподняв одну бровь. Илис призывно улыбнулась и объявила: — Милорд, я полностью в вашей власти. И они совершили еще одно восхождение к вершинам наслаждения, и прошла вечность, прежде чем Максим встал с кровати. Налив в таз горячей воды из котелка, он поднял руки и потянулся, не смущаясь пристального и восторженного взгляда жены. Потом принялся смывать с себя загар и девственную кровь Илис. Вымыв голову и вытершись полотенцем, он подошел к койке. — Ты оставил мне воды? — спросила Илис, когда Максим лег рядом с ней. — Естественно, миледи, — усмехнулся он. — Я не мог лишить себя удовольствия понаблюдать, как вы принимаете ванну. Прижав к груди покрывало, Илис подтянулась и села, облокотившись на подушки. — Милорд, я хотела бы предложить вам кое-что… — Да, дорогая?.. — Его энтузиазм свидетельствовал о том, какой именно вывод он сделал из ее слов. — Я не могу принимать ванну в вашем присутствии, — твердо заявила Илис. — Это непристойно. — Но я же уже видел, как ты купаешься, — возразил он. — Неужели ты лишаешь меня, своего мужа, права любоваться тобой? — Нет, милорд, — ласково произнесла она. — Я с радостью предоставлю вам эту возможность… но потом, когда узнаю… все. Максим рассмеялся и, привстав, поцеловал ее. — Нужно подкормить огонь в очаге. Я вернусь, когда ты закончишь свои дела. Он надел панталоны и рубашку и вышел. Илис решила не терять времени даром и воспользовалась водой, которую он ей оставил. После ванны она завернулась в одеяло и принялась выдвигать ящики комода в поисках гребня. Внезапно она заметила кожаный мешочек с инициалами «РР». Точно такие же инициалы были на кошельке ее отца. Она ощупала мешочек. На деньги не похоже… Илис вытрясла содержимое мешочка на ладонь. |
