— А как можно так швырять в нас без заклинаний?

— Разве только артами… Артефактами. Но таких артефактов нет.

— Как видишь, есть.

Я снова переключил внимание на Рой. Ментальный канал трещал от эмоций. К лешему эмоции! Визуал.

Ага. Вот оно. Вроде бы, весь Штатгаль был в Цитадели. Весь, да не весь. В города оставался ещё Третий полк. Цитадель просто не смогла принять всех. Часть Штатгаля была расквартирована в горах Быки и они тоже не в счёт.

Кто у меня командует Третьим полком? Ройнгард.

«Ройнгард, доложить обстановку».

«Командор, по нам бьют. Склад вооружения и телеги с барахлом в огне. Расположение третьей роты в огне, вытаскиваем ребят».

«Держаться, капитан! Ускориться по людям, брось добро, перегоняй всех в район Ратуши».

«А как же порт? Мы слышим, враг прёт с моря, я собрался…».

«Отставить! К Ратуше. Вскрывай склады, облачайтесь в тяжёлый доспех, ростовые щиты. Кто переоденется, по готовности перекрыть улицы. Принимай командование отдельных постов, они идут к тебе. Не отвлекайся на херню».

«Есть не отвлекаться не херню».

Канонада стихла. Я использовал Птичий Пастух, чтобы посмотреть ситуацию в портах. А там — враг пёр полным ходом. Отставив эмоции в сторону, я оценивал численность, вооружение, расу.

Похожи на наёмников. Люди и орки. Лёгкие доспехи, морское снаряжение, оружие короткое, щиты мелкие, круглые. Ну, это чтобы удобно было драться на абордаже. Много, уже больше тысячи. Лодки, высадив в порту первую партию, устремлялись в темноту, к кораблям, которые заняли середину бухты.

Враги двигались молча и пугающе организованно. Мне больше нравятся крики, истерики, хаос — среди врагов, разумеется.

А эти черти без опознавательных знаков не бежали сломя голову. Они занимали укрытия, проверяли сектора, подавали сигналы руками. Дисциплина, опыт, профессионализм.

— Фомир, ты своих поднял?

— Ага, уже готовим магический круг.

— Дуй к своим.

Фомир кивнул и исчез.

Враги представляли собой сплошь лёгкую пехоту. Быстрые, злые, без доспехов, но с топорами, отточенными до бритвенной остроты, и короткими мечами, которыми так удобно вспарывать животы в тесноте переулков.

Заняв район порта, они прошли через множественные проломы в небольшой стене, которая отделяла порт от города. Вернее, раньше отделяла. Десант двигался не строем, а стаей, перетекая через проломы, словно вода.

А с моря, из темноты, где качались силуэты их кораблей, прилетали огненные плевки артиллерии, превращая черепичные крыши в крошево.

«Третий полк, Ройнгард. Ускориться», — скомандовал я, не разжимая губ.

Они были там, внизу. Мои солдаты. Сейчас у них было всего несколько минут, прежде чем волна пиратов дойдёт до района ратуши.

Бойцы, матерясь и спотыкаясь, натягивают кольчуги прямо на исподнее. Чувствовал, как путаются в завязках поножей, как хватают шлемы, забывая подшлемники. Это было смешно и страшно. Война — это скорость, абсурд, и подштанники в горошек под латным набедренником.

Третий полк, похожий на стального ежа, которого разбудили пинком, выстраивался в фалангу. Те, кто оделся и облачился, схватил щиты, копья и клинки, перегораживая улицы, блокируя их. Счастье, что у моих бойцов был опыт городских боёв.

Третий полк становился тяжёлым, медленными, но и как ёж — малоуязвимым. Пока что я играл от обороны, потому что по моим оценкам десант врага после нескольких ходок лодками составлял по меньшей мере две тысячи бойцов.

В какой-то момент произошёл удар.

В любом бою есть бесконечные приготовления, маневрирование, подготовка и момент, когда силы столкнулись в прямом ударе, в накате волны на щиты, в ударе кавалерийского клина.