Первая волна пиратов с лязгом врезалась в строй. Звук удара железа о дерево долетел до меня через чайку, которая кружилась над строем.

Ройнгард. Он стоял по центру защитной фаланги, в четвёртом ряду и его громогласный голос координировал строй.

Ройнгард не был лучшим моих офицером. Ему недоставало звериной интуиции Хайцгруга или энергетики Фаэна, холодной точности Орофина или инициативы Мурранга и Новака.

Ройнгард был крепким середнячком, исполнительным и надёжным. Но сейчас у меня не было другого командира полка, равно как не было другого полка. Пока что мы все застряли в Цитадели, удар принимал именно Ройнгард и его полк.

В какой-то момент копьё, брошенное чьей-то сильной рукой, ударило в Ройнгарда, он качнулся. Офицер был высок, на голову выше подчинённых и это не всегда безопасно.

Ройнгард качнулся, но не упал. Он лишь хмыкнул, отшвырнул под ноги копьё и навалился всем весом, поддерживая «поплывший» на пару секунд строй.

— Держать строй, сучьи дети! — орал он и его крик подхватывали как капралы, так и рядовые бойцы. — Вы мне ещё перед пиратами не бегали!

Третий полк, лицом к лицу столкнулся с пиратами. Корабли продолжили обстрел, перенеся удары в глубину города. Вспыхнули десятки пожаров.

Ройнгард не знал, какой тактический финт исполнить, чтобы победить врага. Зато он умел стоять среди бойцов личным примером, поддерживая их. А это не так уж и мало.

За моей спиной, в сотне метров, на наспех расчищенной площадке Фомир начал творить свою магию.

Двойной магический круг, десятки наспех схваченных артефактов, в том числе накопители, перекошенный Ластрион.

Фомир выглядел жалко и величественно одновременно, как пьяный дирижёр, который на полном серьёзе пытается управлять бурей. Магистр Штатгаля стоял в середине двойного магического круга, готовый принять потоки энергии от подчинённых. Ну, а пока что его пальцы, унизанные несколькими тщательно подобранными (из казённых запасов) перстнями-артефактами, выписывали в воздухе сложные фигуры, сплетая заклятия, должные обрушить гнев небес на вражеский флот.

Над цитаделью родилась неровная и не особенно стабильная капля. Чувствовалось, что работа халтурная, сделана на отшибись, зато энергии в неё влили много. Энергетический заряд ушёл в направлении флота, но… ничего не произошло.

Там, в бухте, корабли капля распалась на десятки потоков и стекла вдоль кораблей, вдоль невидимых сфер, не причиняя вражескому флоту никакого вреда, а сами суда окутывало мягкое, едва заметное сияние.

— Щиты, — выплюнул Ластрион как ругательство. Его голос дрожал от напряжения и обиды. — У них огненные щиты, босс. Мы долбимся в стену.

— Продолжаем, — азартно потёр руки Фомир — Запас прочности щитов не бесконечен.

Фомир зарычал, и в его руках снова заплясали искры, но я уже не смотрел на него.

Я переключился на Новака.

В первый момент в Цитадели возник хаос. За пару месяцев без войны мы откровенно разленились.

Осенью, которая стала для Газарии сытой и спокойной, богатой и полной надежд, я наладил заслоны в районе гор Быки, по сути — затруднив вторжение в регион. Если бы вражеская армия вторглась, она на короткий момент завязла бы в горах, а там подоспел бы Штатгаль и тут уж численное преимущество, традиционная конница и мощные маги врагу бы не помогли. Война в горах имеет свои особенности, там хорошие стрелки важнее рубак, там тяжёлая пехота превращается в медленные мишени, там бывают камнепады и карта ведения боевых действия меняется стремительно. Сапёрная рота и три десятка гражданских бригад возводили базовые укрепления для эльфов Орофина, которые успели облазить горы и узнать все тропы.

А вот ко вторжению с моря мы были не готовы. И ничего, ровным счётом ничего ни моих бойцов, ни меня не оправдывало.

Теперь Новак наводил порядок, вручную.