Две другие химеры разошлись в стороны и бесстрашно попытались взять дракона в клещи.

Он не мог бы следить за двумя целями одновременно, но к нему через Рой присоединился я.

И он вслепую ударил туда, куда не смотрел, ориентируясь на мой приказ.

Он врезал хвостом в направлении по ближайшей каменной опоры, пытаясь перехватить летящую тварь, та нырнула и сумела уклониться, хвост упёрся в колонну.

Однако дракон использовал этот удар как толчок, как точку опоры, которая помогла ему рвануть ко второй химере. Две твари, представители высшей нежити, сцепились в воздухе. Когти химеры с противным скрежетом вырвали несколько ребер из бока дракона. Однако он этот факт проигнорировал, сцапал противника и навалившись, впечатал в каменный пол градирни. В ту же секунду ударил головой, прижал и стал лапами отрывать конечности. Несколько мгновений и вторая цель превратилась в неподвижную груду.

Третья химера не продемонстрировала никакого сожаления по поводу смерти товарища, заложив крутой вираж, спикировала на мою позицию. Я спрятался за ближайшую колонну. Монстр грохнулся рядом и высунувшись из-за колонны, оскалил костлявую пасть.

В ближайшем рассмотрении химера была размером с ГАЗель, к тому же у неё был длинный хвост, который заканчивался изогнутым шипом, наверняка ядовитым и метался из стороны в сторону, в поисках возможности ударить.

И в ту же секунду, когда химера показалась, я ударил её по башке Гивсаром. Молотом, тем же, который мне доводилось применять против алтаря Соббека.

Мой удар, без размаха и наполнения оружия магией, не смог убить химеру, зато уж её, что называется, огорошил. Она замерла в недоумении и остановила атаку. Вообще-то, на мне сейчас был весьма прочный доспех Ньёрда, но проверять, что прочнее, зубы химеры или древняя сталь, я не стал.

В ту же секунду дракон обрушился на спину последней химеры. Огромная челюсть с размаху прокусила череп твари насквозь и оторвала голову. Изувеченное тело рухнуло на плиты.

Фрей только что потерял последние резервы и лишился мобильной поддержки. Жрецу оставалось опираться только на последний, стационарный слой защиты. Иллюзия рухнула.

Костяной дракон с глухим стуком переступил тяжёлыми лапами и замер неподалёку от подходов к алтарю.

Алтарь всё ещё был защищён стенами, насыщенными магией. Однако её гарнизон, состоящий из гоблинов, куда-то делся, сам Фрей отсутствовал, а химеры погибли.

Тем временем под не особенно талантливым (уровень — лучше, чем ничего) руководством Бисс Урая пехота Танкреда использовала провал вражеской обороны. Восставшие тролли и рядовые скелеты безостановочно давили те баррикады, где всё ещё шло сопротивление, расширяя зону нашего контроля.

Алтарь вместе с защищающей его стеной накрыл светло-голубой энергетический купол.

Дракон раскрыл пасть и выдохнул. Мощный поток бледно-зелёного пламени ударил в центр купола. Энергия разрушения столкнулась с защитной магией Тейла. Оболочка барьера протестующе замерцала, потеряла часть плотности, но устояла.

— Это твой последний шанс! — паникуя, закричал Фрей и его голос резонировал о потолок градирни. — Встань на мою сторону! Ты станешь королём! Великим королём!

Крик сорвался на визг, он даже не мог удержать свои эмоции и предложения в рамках ментального канала.

— Мой Владыка… — голос Танкреда был силён, властен и пугал наполняющей его силой, — Великий воин. А твой хозяин Тейл — просто здоровенный моллюск. Много ли чести служить морской каракатице, жрец? И вновь говорю тебе — нет.

Жрец затравленно оглянулся.

Мне неизвестно, что до этого говорил Танкред. Быть может и не был он так уж ультимативно верен мне. В отличие от остальных моих полководцев, мы не прошли вместе сотни миль и десятки сражений.

Может быть, он сказал эти слова не столько Фрею, сколько публично.