Всё. Я отпустил их, пусть идут.

Я медленно открыл глаза, разрывая подключение к Рою.

Штаб Столбовой башни встретил меня прежней тишиной. Времени прошло всего ничего. Дыхание было ровным, пульс, несмотря на колоссальный объём пропущенных через мозг данных, оставался в норме. Головной боли нет, даже намёка на неё нет.

Тест прошел успешно. Новые способности Роя работали, радиус покрытия был феноменальным, сотни миль без всяких проблем.

Мое сознание вновь скользнуло в интерфейс Роя. Ментальная карта Газарии пульсировала тысячами лояльных маркеров. Я сфокусировал волю, и мысленно двинулся за пределы своих территорий. Туда, где на физических картах начинались ничейные земли и чужие владения.

И… Движение остановилось, словно я на полной скорости врезался головой в бронестекло. Никакого плавного затухания, никаких помех на линии или потери пакетов данных. Мне туда просто было нельзя. Чужая юрисдикция?

Я попытался обойти блок с фланга, или найти другое место прохода, но результат оказался идентичным.

Статус полубога выдал мне полные права администратора, но исключительно в рамках моей территории.

Интересно…

А если Мистрас…

Рой проник туда и я некоторое время наблюдал, как парочка гномов идут по одному из коридоров. Прощупывают каждую стену, каждый уголок, делают пометки и ворчат по поводу чудовищной готовки гнома-повара.

Но Мистрас был единственным исключением. А так — Газария и десяток миль прибрежных вод были моим личным доменом, пропитанными моей энергетикой и лояльностью моих войск. Всё, что находилось за её пределами, по-прежнему скрывал плотный туман войны.

Ограничения всегда раздражают, особенно когда ты только что распробовал вкус всеведения. Я зафиксировал этот факт в памяти: для расширения зоны покрытия потребуется физическое присутствие моих флагов и, вероятно, захват ключевых точек карты.

Я уже собирался разорвать подключение, когда на самой границе слепой зоны нечто вроде еле слышного голоса.

Словно древняя радиоточка на кухне, выключенная почти под ноль, но невольно привлекающая внимание.

Тусклый, едва заметный сигнал едва-едва проникал сквозь пелену почти непробиваемого тумана.

Я решил игнорировать недоступность территории и представил себе, как вишу над Быками и пытаюсь позвонить… Кому?

Кто выходит со мной на связь?

«Человек-союзник Рос Голицын…»

Я узнал голос. Это же ни много ни мало, а целый Вейвлиод! Глава Ордена сияющего Орлана. В обычных обстоятельствах его голос звучал как натянутая тетива, источая уверенность и превосходство древней расы. Сейчас в этих вибрациях читалась усталость и скорбь.

«Я слышу тебя, эльф-союзник лорд Вейвлиод», — я настроил ответный канал, отсекая лишние эмоции. — «Рад, что вы живы».

Эльф ответил не сразу. Ментальная связь транслировала его тяжёлое, прерывистое дыхание.

«Я жив. Но не весь мой Орден, не весь. Мёртвые боги нанесли удар. Они воздвигли алтарь прямо на границе наших лесов. Это не была случайная стычка или набег дикой нежити. Они начали осаду. Скажи мне, человек-союзник, остался ли ты верен Живым богам?»

«Я был и остаюсь верен себе, эльф-союзник. Но я в дружбе и союзе с Живыми богами».

«Я чувствую, что ты наделён новым статусом…»

«Живые боги даровали мне его. Хотя „даровали“ — это не точное слово, это часть сделки. В любом случае, я не поменял сторону в конфликте, если об этом речь».

«Я рад это слышать, человек-союзник. Как вы пережили восстание нежити?»

«Гражданским пришлось трудно, но у нас регулярная армия. Пережили. А вы?»

«Мы много сотен лет тренировались, поэтому эльфы справились с мертвецами.