— Это на крайний случай. Кольцо называется «сцера». Штука уникальная и жутко дорогая. Для тебя одного. Надень и никому не показывай. Активируй его, если станет совсем плохо, и оно спасёт тебя из любой передряги, включая плен, ранение, окружение и так далее. Это всё, что я могу сделать. Как друг.

Я посмотрел на кольцо, потом на гору приказов, карт и планов. Король давал мне выбор. Умереть вместе со своей армией, выполняя его приказ. Или быть казнённым. Кстати, если я откажусь от выполнения приказа, то Назир просто поставит на моё место другого аристократа и тот всё равно поведёт армию на убой.

А у Эрика был план внутри плана короля. Он собирался спасти меня, но так, что я стану обязан лично ему и на меня повесят чувство вины, за военные поражения, за гибель армии, за смерти моих подопечных. Вина и моральный долг перед «спасителем», как основа для психологической манипуляции. Это позволит Эрику использовать меня. Сделать инструментом.

Вот только я не собирался проигрывать. Особо точно выполнять губительный приказ тоже, само собой.

— У тебя десять дней, Рос. Через десять дней я прибуду с двумя военными советниками, которые будут помогать тебе вести войну и провожу из этого лагеря на войну. Они станут твоей опорой и поддержкой. И постарайся не проиграть в первом же раунде.

— Постой, — я сделал останавливающий жест рукой, потому что видел, что он собрался уйти. — Что там Мейнард?

Плечи Эрика едва заметно дёрнулись. Он отвёл взгляд в сторону, к огню в камине и долго молчал. Тишину нарушал только треск горящих поленьев.

— Наш немец нашёл себе покровителя, — наконец произнёс он и в его голосе прозвучала усталость. — Очень влиятельного.

— «Покровитель» звучит как «поводок», — осторожно прокомментировал я, потому что пока что никакой ясности его слова не принесли.

Эрик криво усмехнулся, не поворачивая головы:

— Возможно. Но поводок у него откован из чистого золота. Он служит принцу Гизаку.

Имя было мне смутно знакомо.

— Гизак, по прозвищу Фуриарос Сиятельный. Это двоюродный брат короля Назира Четвёртого, — пояснил Эрик. — Один из самых могущественных и амбициозных аристократов Маэна. Человек, который, по слухам, обладает собственной армией и не слишком скрывает свои претензии на трон.

— Неплохой выбор, — оценил я. — Не всем же служить королю, как ты или богам, как я. А этот Гизак, надо думать, прагматик. Ему плевать на происхождение, если человек окажется полезен.

— Мейнард оказался более чем полезен, — подтвердил Эрик.

Он наконец посмотрел на меня. В его глазах была странная смесь гордости и сожаления.

— Граф Мейнард, а он у нас теперь граф, хотя о чём я говорю, ты недавно стал, хотя и на время, герцогом. Он командир личной гвардии принца. Сотни и сотни лучших бойцов королевства подчиняются кайеннскому рыцарю из ниоткуда. Можешь себе представить такой карьерный рост?

Я мог.

Мейнард всегда был превосходным организатором и отличным бойцом. Тем более, что его личная магия была заточена под скорость и силу. Его педантичность и внимание к деталям, которые мы когда-то считали занудством, оказались бесценными качествами для военного лидера. А ещё, он так и остался в армии.

— Но это не всё, Рос, — продолжил Эрик, и его голос стал тише. — Есть причина, почему принц так ценит его. И почему Мейнард служит ему с таким рвением. Причина в женщине.

Я молчал, ожидая продолжения. Любовь была переменной, которую сложно предусмотреть. И я, и Эрик оставались одинокими и не спешили «в отношения».