— Кумовство… Классика!

— Ага. Любой вопрос решается за деньги. Но есть нюанс.

— Какой?

— Также в городе и пригороде есть несколько банд. Самая крупная принадлежит бывшему военному, за его голову объявлена награда в десять марок. Значит, он в откровенной оппозиции и их можно нанять, если потребуется силовое решение. Валдрик боится их, но пока не поймал, вояка-атаман хорошо организовал своё дело.

Хорошая информация. План «Б», если переговоры провалятся. Брать тюрьму штурмом втроём было бы проблематично. Нанять местных отморозков для создания хаоса звучит куда реалистичнее.

— Этот Гришейк… он действительно стоит такого риска? — тихо спросил Лиандир, глядя на меня.

Я посмотрел на него, потом на Фаэна.

— Он не солдат Штатгаля. Пока не солдат. Но ранее он сражался под моим командованием. Система, которую я строю, держится на одном простом правиле: своих не бросают. Если люди будут знать, что я готов лично рискнуть головой ради одного оступившегося ветерана, это оценят.

— Командор, — лукаво улыбнулся Фаэн. — Ты так ищешь оправдание своим поступкам, такие аргументы подбираешь, что… Я не верю ни единому слову. Ну, то есть, это правда, солдаты будут в восторге, но ты делаешь так, потому что тебе не плевать.

Я нахмурился.

— Да блин, мне не плевать. Мне не плевать на этого бешеного орка.

— Забавно, что тебя мало волнует, что он орк. Что мы эльфы. Что твои лучшие друзья — квизы. С квизами же вообще никто не дружит, они к этому привыкли. А тебе плевать.

— А вот на это плевать, Фаэн. Выборочность у меня в игнорировании факторов. Будь ты не эльфом, а гоблином или тракканийцем, мне было бы плевать. Отношение у меня не зависит от расовых особенностей.

Четыре дня нашего шустрого рейда несколько вымотали и нас, и лошадей. Мы преодолели расстояние, на которое каравану потребовалась бы неделя с лишним. Но мы-то двигались налегке. К раннему утру пятого дня мы увидели на горизонте стены Матмерса. Город только просыпался. Над крышами вилась дымка от очагов, а в центре мрачным каменным пальцем торчала Матмерская башня. Местная тюрьма.

Я вздохнул. Несмотря на то, что проделан такой путь и, казалось бы, этот путь — нагрузка, труд, а мне было хорошо, легко. Можно сказать, первый отпуск за много-много месяцев.

Мы въехали в городские ворота, уплатив въездной сбор, я не стал козырять своим статусом раньше времени. Мы просто попали в город и смешались с потоком крестьянских телег. Усталость давила на плечи, но адреналин гнал кровь. Мы добрались. Теперь начинался самый сложный этап, убедиться, что Гришейк жив и найти способ его вызволить.

…

Для начала мы поехали до Матмерской башни.

Прямой подъезд к зданию был заблокировал ржавой, но достаточно прочной металлической оградой. Наверняка можно найти вход и, уплатив мзду стражникам, получить доступ к Гришейку, пообщаться с ним. Однако я не спешил раньше времени афишировать свои цели.

Я активировал Птичий пастух.

С высоты полёта молодого голубя мне открылось цилиндрическое, не особенно ровное здание (гномы наверняка бы скривились от его кривизны) с довольно широким основанием, которое постепенно немного сужалось к верхней части, чтобы оборваться на здоровенной круглой крыше, увенчанной остриём на котором любили сидеть птицы.

Совершив облёт, я стал заглядывать в окна. Камер было чертовски много, и я начал с нижней части, поднимаясь всё выше, сажая голубя на окна и заглядывая внутрь. Пару раз скучающие заключённые пытались ловить птицу и вскоре мне уже казалось, что толку мне не добиться.