Растерянный орк стоял и некоторое время щурился, не понимая, что происходит.

— Командир! — оскалился орк, когда осмотревшись, распознал меня и тут же кинулся обнимать, отчего эльф Лиандир ощутимо напрягся, но его удержал Фаэн. Ах да, Фаэн же воевал рядом с молодым Гришейком, причем буквально с орками, он же использовал их позицию во время своих стрелковых подвигов, напрочь игнорируя то, что был зачислен в одну из рот ополчения.

— А мне сказали, что записывают меня в какую-то армию короля.

— Ну, немножко записывают, но не то, чтобы короля, — я оглянулся, мы стояли в районе Матмерской башни и тут могло кишеть соглядатаями и информаторами стражи, губернатора, да кого угодно.

— Пойдём, дорогой, я тебя в корчме покормлю, в двух словах расскажу.

Гришейк единственным был выдан мне ещё в городе. Из соображений безопасности губернатор поставил условие, что моих новобранцев мне выдадут за пределами города, возле «Хлебных ворот». Валдрик обоснованно опасался, что часть моей армии разбежится и город захлестнёт вал преступлений. Он клятвенно, то есть буквально дав клятву, пообещал, что среди рекрутов нет ни больных, ни убогих.

Меня это устраивало. Пусть выдают хоть в чистом поле, по городу их вести — та ещё задачка.

За оставшееся до вечера время я покормил Гришейка в кабаке возле Воловьего рынка, пока эльфы пошли купить парочку телег и закупиться продовольствием. Всю эту ораву мне ещё предстояло кормить в пути.

Мы сидели на летней, защищённой от яркого солнца стационарной крышей, уютной площадке, за одним из множества столов.

— Итак, Вы снова собираете армию, лорд? — спросил орк, когда официант, с удивлением смотревший на нашу странную парочку (орк-заключённый и лорд), ушёл.

— Ну да, собираю.

— Кого-то будем оборонять?

— Мы будем воевать, Гришейк, но скорее всего в атаке и наступлении.

— То есть, не как Армия защиты Каптье?

— У Каптье не было полноценной армии, это ситуативное формирование из местных, адаптированных под узкую задачу.

Гришейк в лёгком ошеломлении скушал пару ложек супа и кивнул. Ему-то хотелось верить, что он героически воевал в составе настоящей армии, но…

— Сейчас я создаю автономную силу, полноценную. Никакой связи с королевскими структурами. Своё снабжение, медслужба, тыл, склады, казна, система обучения и финансирования, сапёрная и инженерная служба.

— Гномы? — понимающе оскалился орк.

— Куда без них. Они, родные.

— А конница?

— Слушай, тут сложнее, конников обучать надо, у меня пока только пехота.

— Можно нанять с Цутенских пустошей, там полно кочевников-гоблинов и людей-степняков, — орк неожиданно прекратил есть и стал пристально смотреть куда-то в угол зала.

— Я набираю армию в тюрьмах.

— В тюрьмах тоже полным-полно степняков, правда без коней, — усмехнулся молодой орк, не сводя с чего-то глаз.

Я проследил его взгляд и посмотрел в угол зала. Там, притаившись за столом, сидел остроглазый мальчик, совсем ещё юный пацан. Он сидел и смотрел на нас во все глаза, но поняв, что мы тоже на него смотрим, сорвался как воробушек и убежал.

Открытая площадка выходила на пространство у Воловьего рынка, там сновали торговцы, стояли мешки и ящики с товаром, валялось сено для животных. За одним из ящиков и притаился пацан.

— Информатор, в смысле доносчик стражи? — предположил я.

— Какое там… «Глазок».

— Глазок? — не понял я.

— Банды же не всегда нападают наугад, у них есть такие вот пацаны, которые присматривают жирную добычу, вынюхивают, подглядывают, отмечают купцов с деньгами, богатых крестьян и доносят в банду, — пояснил он.