Изменить размер шрифта - +
Что интересно, только за то, что по происхождению значительная часть солдат были именно из разряда сельских жителей (далеко не все, но с крестьянами я выставлял общаться именно людей-крестьян, так что у них возникало такое ощущение).

На мосту нас с Отто нагнал свежеотпущенный офицер Клайц.

Сегодня всех стражников отпустили, потому что они удерживались в местной тюрьме и бюро стражи. При этом мои парни (а они умеют быть убедительными) лично ему велели меня найти и принять назначение на пост временного начальника городской стражи.

— Здравия желаю, господин генерал! — Клайц вытянулся во фрунт передо мной и даже приложил раскрытую ладонь к району уха. На нём была тёплая шапка со знаками различия стражи города Вальяд. — Благодарю за то, что освободили наших парней из клеток, а то мы признаться, боялись, что просидим долгие месяцы под замком.

— Это наш Клайц, — запоздало представил его Отто. — Ваша светлость, а могу я попроситься домой? Старые кости требуют отдыха, к тому же Вас может сопровождать Клайц, там и познакомитесь.

— Да, советник Отто, спасибо, Вы очень помогли.

На мосту я взял с собой в качестве охраны ещё и Гришейка, в компанию к Хайцгругу и заменил уставшего Отто на Клайца, здоровяка с обманчиво-глупыми глазами и побрёл по городу.

— С Вашего позволения, господин генерал, а позвольте спросить, как Вы поступите с пленными наёмниками?

— Хм. Сейчас урегулируем. Скажи, ты теперь начальник стражи, сколько у тебя под началом человек?

Клайц на пару секунд задумался:

— Было сто девятнадцать человек, вроде. Но капитан у Вас под арестом, надеюсь с ним всё хорошо?

— Да, сегодня ты с ним пообщаешься, Клайц, назначение временное, ты убедишься, что с ним всё в порядке, ну и по делам он тебя проинструктирует. Так что по численности?

— Ах да. Получается уже меньше ста двадцати. Шестеро ранены после Вашего того… этого…

— Я понял. Скажи, а они — местные?

— Ну да, как иначе. Многие служат в страже несколько поколений, династическое отношение… того… Но назвать нас воинами никак нельзя. Стражники же разные, есть патрульные, есть караульные при охране объектов. Есть служаки-ищейки, есть три следователя, которые ведут уголовные дела для того, чтобы передать преступников в суд. Есть у нас отдел, служащие которого по семейным преступлениям и делишкам внутри общин, а есть даже те, кто занимаются детьми и подростками. К тем особый подход нужен. Ну, какие мы воины?

— Я не спорю. Хорошо, что местные. Значит, ты организуй их службу в обычном порядке, докладывай о работе Совету, как это делал Пейгди, но любой вопрос, касающийся враждебной деятельности шпионов и безопасности стены, военного вторжения или контрабанды оружия докладывай мне или Муррангу, я вас познакомлю. Понятно?

— Понятно, ваша Светлая того… то есть, светлость! А насчет наёмников?

Мы двигались к орочьему кварталу, за нами пыхтел Хайцгруг, Клайц поминутно на него оглядывался, на орков. Клайц был здоровяк, но Хайцгруг никак не меньше его, к тому же в броне и с оружием. Впрочем, орки к новому начальнику стражи никакого негатива не проявляли, месяцы службы в Штатгале, плюс огромное количество стычек и боёв постепенно вытравливали из моих бойцов воспоминание о том, что они были каторжниками и в большинстве должны были бы сгнить в тюрьмах и на каторжных работах.

Сейчас для бывшего уголовника Хайцгруга и неудавшегося атамана, начальник стражи всего лишь городской чиновник, с которым надо сотрудничать, но не обязательно доверять, всё же мы друг другу чужаки.

— Смотри, Клайц… Наёмники. А они набраны из местных?

— Где-то половина. Остальные из пришлых.

— Вот как? А ты знаешь, кто откуда?

— Ну, на память, пожалуй, что нет, а так определить можно.

Быстрый переход