– Вылезай из башни, – сказала она Удо, кивнув головой. Он открыл рот и набрал воздух, чтобы что-то сказать. Ей действительно этого не хотелось, не сейчас. Да и вообще никогда.

     – Тебе… тебе нужен новый стрелок.

     – Один из спонсонных стрелков сядет за главное орудие.

     – Они же не умеют, Тах.

     – Лейтенант Тахира, – отрезала она, – и прежде, чем ты ляпнешь ещё одну очевидную банальность – да, я в курсе, что останусь без одного из спонсонов, но мне кажется, что ты стремишься оставить Акила вообще без стрелка. Так что выметайся из моей машины и отправляйся в свою.

     – Его здесь нет, Тах – лейтенант.

     – Что?

     Удо пожал плечами:

     – Акила нет, я не видел его несколько часов.

     Тахира уставилась на него.

     «Что же, мать их, ей теперь делать сейчас? Эскадрон из одной машины? Здорово, просто здорово».

     Высоко над ней зазвучал горн общего сбора. Огни начали мигать, заливая всё вокруг мерцающим жёлтым светом. Лязг закрывающихся люков прокатился над армадой танков.

     – Лейтенант.

     Она обернулась. Акил стоял возле левого борта «Фонаря».

     Он запыхался, на лбу выступил пот. Химзащитный костюм выглядел так, будто он натягивал его прямо на бегу. Она почти рассмеялась, глядя на него. Плечи Удо поникли.

     – Вы оба, отправляйтесь в свою машину и будьте готовы выдвигаться.

     Удо не спорил.

     Первыми в мёртвый город вошли осадные машины. Неуклюжие корпусы, покрытые клепаным керамитом, размалывали куски камня в порошок своими траками. Крупнокалиберные орудия торчали из их корпусов и башен, бронированные бульдозерные лезвия отваливали щебень в сторону, словно это был свежевыпавший снег. Они вторглись в лабиринт из заваленных камнями дорог и обрушившихся зданий, ауспики прочёсывали руины в поисках противника. Осколки камней барабанили по их корпусам, пока оседала пыль бомбардировки. Экипажи этих бегемотов не были Железными Воинами, хотя они несли на себе метки, подтверждавшие их службу Пертурабо и его сыновьям. Они прошли десять метров, сто метров, двести метров… и ничего. Между наступающими машинами скакали сигналы – кто-нибудь видел хоть что-то? Почему нет разбитых машин? Возможно, бомбардировка уничтожила всех врагов?

     17я рота 81го Галибедских Присягателей служила с Железными Воинами уже два десятилетия. Именно их машины яростно атаковали Лаккомильский разлом на Тарниаке IV, и Пертурабо лично приказал возродить роту после её гибели на Нецибисе. Теперь они наступали в авангарде первой волны – тридцать «Малькадоров», «Разрушителей» и «Громовержцев» в угольно-чёрных цветах. Присягатели смогли пройти пять километров вглубь безмолвного города, когда стали первыми настоящими жертвами сражения.

     В большой промоине, которая раньше была самой широкой улицей города, полоса зелёного света сверкнула сбоку от колонны Присягателей. Светящийся луч дотронулся до корпуса «Разрушителя» и пробурился в самое его сердце.