Джас Траверн стоял у двери, как бы охраняя дом от вторжения. Его рука опиралась о косяк, широкие плечи и тело, казалось, заполняли все пространство дверного проема.

— Этот дом так долго пустовал, — проговорила Блайт. — Если вам нужна какая-то помощь в уборке…

— Я уже все сделал.

— Ну хорошо… Я думаю, вы уже знаете, что здесь нет телефона. Но если вам понадобится…

— У меня есть все, что мне нужно.

Уходи, хотел он сказать. Это было ясно как день.

— Отлично! — В душе Блайт всколыхнулось возмущение.

— Приятно было с вами познакомиться.

Идиотское замечание, да и лживое. Разговаривать с ним было ужасно неприятно. Спускаясь по ступенькам, она чувствовала спиной его взгляд.

— Спасибо. — Его голос остановил девушку и заставил обернуться. — Это была прекрасная идея! — В руках он держал цветы и коробку с печеньем.

Как ей показалось, ему было наплевать на ее подарок и вообще на ее приход.

— Не за что, — ответила Блайт, нервно улыбаясь. — Надеюсь вам понравится.

Что это с ней? Она разволновалась из-за совершенно незнакомого мужчины. Не оглядываясь, Блайт прошла половину пути, потом бросила взгляд назад и увидела, как ее сосед вошел в дом и закрыл за собой дверь.

«Этот человек может быть опасен. Вдруг он преступник, забравшийся в чужой дом?» — подумала она, но вскоре отмела такие мысли. Если бы он скрывался здесь, вряд ли бы стал привлекать к себе внимание музыкой. И он не выглядел испуганным — просто необщительным и несколько скованным.

Взбежав по неровным, занесенным песком ступеням своей маленькой веранды, Блайт остановилась у двери, чтобы снять обувь и зайти в дом. На старом гардеробе, служившем ей перегородкой между кухней и гостиной, висело зеркало. Она посмотрелась в него. Ее волосы растрепались. Из-за влажности морского воздуха справиться с ними было почти невозможно: локоны постоянно выбивались из прически. Щеки горели румянцем. Карие глаза, обрамленные длинными загнутыми ресницами, были большими и сияющими, мягкий рот все еще хранил улыбку, на щеках слегка проступали ямочки.

Любая женщина могла бы быть довольна такой внешностью: приятное личико, волнистые от природы волосы и юный невинный облик. Иногда, как Блайт не раз замечала, ей доставалось что-то, чего она хотела или о чем даже не просила, лишь потому, что была миленькой.

Она ненавидела это слово. Если она казалась милой, то это заставляло людей делать поспешные выводы, что она всего лишь безмозглая куколка и готова принимать знаки внимания от любого более или менее презентабельного мужчины, пожелавшего с ней пофлиртовать.

Джас Траверн определенно к ним не относился. «Конечно» — вот и все, что он сказал, когда она ему представилась.

— Конечно, Блайт…

Ее имя означало — счастливая, беззаботная. Ну и что с того? Разве Джас Траверн против счастья? Или не верит в него?

Она подняла телефонную трубку и позвонила матери.

— Наконец-то кто-то поселился в старом доме Делани, — сообщила девушка после обычных приветствий. — Мужчина.

— Ну и как он — симпатичный?

— Скажем так — вежливый.

— И это все? — Роза Самерфилд усмехнулась. — Ну по крайней мере ты больше не будешь там одна. Возможно, мы приедем в эти выходные, вот и посмотрим на него.

— Нет! — возразила Блайт. — Он очень… замкнутый.

— Отшельник? Сколько ему лет?

— Ну, наверное, около тридцати. Он выгладит… — Как?

— Он несчастлив.