— Так, значит, поездка к отцу была просто предлогом?

— Услышав о твоих планах на Рождество, я почувствовал себя виноватым. Я подумал, не ждет ли он меня. И сейчас не знаю, ждал ли. Я так хотел вернуться к тебе, а потом, прибежав к твоему дому, увидел твоих племянников. Они смотрели на меня своими ясными, невинными глазами. Ты знаешь, что маленькая темноволосая девочка похожа на тебя? Я просто не ожидал и…

— И?.. — прошептала Блайт.

Джас глубоко вздохнул.

— Это все, что я смог сделать, чтобы сдержаться и не завыть.

— Так вот почему… — осенила ее догадка.

— Прости. Я знаю, ты расстроилась. Я до смерти боялся показаться полным идиотом и, должно быть, напугал детей. На следующий день, когда я увидел, как вы пошли на пляж, я отправился за вами. Но, увидев вас… я просто не осмелился подойти.

Ее улыбка засияла сквозь слезы, и Блайт обняла его.

— Ох, Джас, а я так боялась, что ты их ненавидишь.

Он произнес с нажимом:

— Как я могу ненавидеть того, кто дорог тебе. — Он поднял руку и погладил ее волосы.

— Так почему же ты не сказал?..

Но ведь он тогда не собирался рассказывать ей всего этого. И все из-за глупой идеи, что ее не следует посвящать в трагедию, произошедшую с ним.

— Тебе надо было раньше объяснить мне все, — укорила она его. — Меня ни к чему оберегать. Я ведь подсолнух, как ты говоришь, а не изнеженная орхидея. Подсолнухи сильные.

Он рассмеялся странным, невеселым смехом.

— Думаю, в глубине души я боялся, что ты будешь презирать меня.

— Да я никогда…

— Знаю, правда, знаю. И умом понимаю, что слезы — это вполне нормальный эмоциональный выход. Но в… моей семье… слезы были признаком слабости. А слабость была приглашением к насилию. Я очень рано научился не плакать.

— Да, я понимаю. Спасибо, что ты доверяешь мне. — Она понимала, что говорить об этом для него не просто даже сейчас. — И, Джас…

— Да?

Она глубоко вздохнула. Она знала, что все почти позади, если только сейчас ей удастся убедить его.

— Я солгала, когда сказала, что смогу разлюбить тебя. Я никогда не смогу этого сделать. Ты объяснял мне, что такое бесконечность. Теперь я это поняла. Это моя любовь к тебе. Отныне, навсегда и без границ.

Некоторое время они молчали, потом он коснулся рукой ее щеки и посмотрел в глаза.

— Я говорил правду, когда сказал, что никогда не забуду тебя, — он взял ее лицо в свои ладони, — если ты и вправду любишь меня, то возможно… может быть… ты выйдешь за меня замуж, как ты думаешь?

— Да, о, да! — Одной ее улыбкой можно было согреть весь мир.

Джас взял ее за плечи, его голос дрожал.

— Блайт, ты уверена? Я не очень гожусь на роль мужа.

— Ты прекрасно подойдешь и на роль мужа, и на роль отца. Я не могу дождаться, когда выйду за тебя и рожу тебе детей. Я никогда ни в чем не была так уверена, как в этом. — Она на мгновение засомневалась. — Ты же хочешь детей, правда? То есть… у тебя была Донна, но…

— Я бы хотел, чтобы ты была матерью моих детей, дорогая. И если ты не против, я был бы рад познакомиться со всеми твоими племянниками и племянницами, и чем скорее, тем лучше.

Она обвила руками его шею, он откинул назад ее волосы, и его руки скользнули на ее талию.