– Для кого-то это станет хорошей новостью, – сказал Купер.

– Да, если ты одна из сестричек.

– Кого вы имеете в виду? – Это уже детектив Гарднер пробиралась через толпу. – Исполняющую обязанности сержанта Фрай? Ее и Армстронг? Судя по тому, что я слышала, это еще слабо сказано. Вот уж точно – сестрички.

– Слишком любишь послушать себя, – проговорил Купер.

Обернувшись, он заметил саму Диану Фрай, стоявшую неподалеку. Он не знал, слышала ли она эти слова. Ее лицо было бледным и перекошенным, а рана на щеке – красной и воспаленной, под глазом ее края туго стягивали швы.

Прежде чем ее увидели остальные, Диана исчезла, растворившись в тенях, словно ее вообще здесь не было.

Через полтора часа Диана Фрай вышла из кабинета инспектора Армстронг, прекрасно сознавая, что сожгла за собой все мосты. Это чувство было на удивление приятным. Армстронг не обрадовалась ее решению покинуть команду. Но Фрай понимала, что любое другое решение было бы неправильным. Во всяком случае сейчас.

Сестрички. В конечном счете ее оттолкнуло только одно это слово. Здесь у нее не было сестер. Ни Ким Армстронг, ни кто-либо еще из ее коллег. Ни Мегги Крю, ни какая-либо другая женщина, с которыми она обязана быть вежливой и корректной во время работы. Они не были ни сестрами, ни даже друзьями – в лучшем случае знакомыми или коллегами. Именно претензию на сестринскую связь она не смогла переварить, именно из-за нее у Дианы подступала желчь к горлу.

Фрай открыла сумочку и вытащила из отделения для кредитных карт помятую фотографию. У нее была лишь одна сестра. Эта молодая женщина была сейчас для Фрай такой же чужой и незнакомой, как любой бездомный наркоман в Шеффилде. Их родственная связь была мертвым обломком прошлого, но она все еще хранила и лелеяла его.

Фрай бережно убрала фотографию назад. Иногда люди стремятся к непостижимому и тоскуют по тому, что для других вообще не имеет смысла.

Сестры? Быть сестрой, равно как и быть дочерью, – это особое состояние, и к нему можно относиться только всерьез. Нет, мэм. Вы Диане Фрай не сестра, и никогда ею не будете.

Глава 38

Когда-то памятников доисторического времени на Рингхэмской пустоши было больше, чем сейчас. Но местные жители не всегда понимали их ценность. Камни из оград и погребальных камер с годами растащили на постройку сложенных без раствора стен, которые отделяли пустошь от фермерской земли, – и это при том, что в заброшенных карьерах лежали груды никому не нужных современных камней.

Добравшись до вершины, Бен Купер обернулся и протянул руку. Диана Фрай смутилась, но потом приняла ее, как и помощь на последнем отрезке пути наверх.

– Ты в порядке?

– Устала, но размяться полезно, – сказала она.

– Ну, смотри.

Им обоим был нужен свежий воздух. Купер слишком много часов провел в кабинете, разбирая бумажные горы. Он чувствовал гнетущее опустошение, которое всегда наступает по окончании следствия. Бен знал, что по вечерам Фрай сидит в своей мрачной квартире, заключенная в клетке из стен и собственных мыслей. Купер уже давно собирался как-нибудь выбраться в выходной на природу с друзьями, Ракки и Оскаром. Но вместо этого он вдруг обнаружил, что пригласил на прогулку Диану Фрай. Наверняка это была его очередная ошибка. В последнее время он мало что делал правильно.

– Мегги Крю получит соответствующее психиатрическое лечение, – рассказывал он Диане. – Необходимое при ее состоянии.

– Хорошо, – сказала Фрай. – Ей это нужно.

– Она утратила контакт с миром: ни на кого не реагирует, будто рядом никого и нет.

Купер и Фрай находились в двух сотнях ярдов от Девяти Девственниц.