– Знаете, а это я ее нашла. В тот раз.

– Да, конечно, нам это известно.

– Она была в ужасном состоянии. Кто мог такое сделать?

– Боюсь, пока мы не можем ответить на этот вопрос.

– А в этот раз преступник тот же самый? – спросила она. И снова прикрыла рот, но теперь двумя руками, словно боялась, что не справится с ним.

– Боюсь, все, что мы можем сейчас сказать, это то, что мы не знаем, – ответил Купер.

Он видел, что в результате манипуляций с платком ее губная помада сошла полностью, осталось лишь маленькое пятнышко в уголке губ. Он повернулся, чтобы уйти. Но, проходя по двору, Купер оглянулся и увидел, что Ивонна Лич опять достала платок и нервно трет им рот.

Было очевидно, что женщина попала в беду, но чем он мог помочь ей? Еще в прошлый раз, разговаривая с Уорреном Личем, он обратил внимание на состояние его жены, но вряд ли мужчина стал бы слушать его. Можно было бы обратиться в службу социальной поддержки и заявить, что его беспокоят условия проживания двоих мальчиков. Но он знал, что от его беспокойства будет мало толку – там с головой завалены более срочными вызовами. Эта служба была так перегружена работой, что зачастую реагировала на сигнал, лишь когда случалась беда. Они приходили на помощь, когда было уже слишком поздно.

Бен Купер понимал это. Полиция действовала так же.

Диана Фрай почувствовала облегчение оттого, что Купер наконец унялся. Она была убеждена, что они зря теряют время. Разгадка явится откуда угодно, только не из скитаний по пустоши. Между смертью Дженни Уэстон и предшествовавшим инцидентом явно прослеживалась связь: на Мегги Крю напали среди Кошачьих Камней, а это всего в полумиле от Девяти Девственниц. Обе, Мегги и Дженни, – одинокие, ничего не подозревавшие женщины. Одна не в состоянии описать напавшего, вторая мертва. Хуже всего, если они стали жертвами случайно. Убийство незнакомого человека означает, что нет свидетелей и нет мотивации. Отсутствие связи между жертвой и убийцей заводит расследование в тупик.

Вот почему им нужна Мегги Крю. Наступит ее время, и она опознает преступника. Ее воспоминаниям придется вернуться.

Поднявшись выше по дорожке, они встретили детективов Тони Гарднер и Дэнни Бойла, которые шли им навстречу по тому же пути – от каменного круга с заходом к Хаммондской Башне. Они кивнули друг другу и согласились, что только впустую тратят время. Потом они все вместе направились назад к Девяти Девственницам, где группа полицейских охраняла огражденное лентой место преступления.

Фрай смотрела на камни и не могла понять, вокруг чего поднималась такая суета. Есть множество гораздо лучших мест, чтобы провести ночь, даже если все, что вам надо, – раздеться догола, развести костер и покурить травки.

– Этакий маленький Стоунхендж? – произнесла она вслух. Но Купер не заглотил наживку.

У одного камня был плоский верх, и Фрай решила, что он достаточно большой и удобный, чтобы посидеть на нем. Но потом она вспомнила о вещественных доказательствах, которые криминалисты собрали между камней, и сообразила, что плоский камень могли использовать не только для того, чтобы просто на нем сидеть. Она вновь взглянула на Купера.

– Девять Девственниц? У вас, местных жителей, весьма богатое воображение.

Купер снова никак не отреагировал. Немного постояв, они пошли в южном направлении, к тому месту, откуда открывался вид на деревню Рингхэм-Лиз. Ковер из листьев устилал дорожку, в песке, словно осколки стекла, сверкали крошечные кристаллы кварца. Березы тихонько шелестели пожухлой листвой, и парочка соек перелетала с дерева на дерево. Теперь стало заметно, как много людей расхаживает по пустоши. Рядом с дорожкой стоял невысокий толстяк в зеленой дутой куртке, дожидаясь, пока они поравняются с ним.