— Ничего необычного… ну, пожалуй, последнее время она была чуть счастливее. Она часто была в подавленном настроении, это семейная черта. Но рано или поздно это проходило, — глаза Роджера заметались между гостями, и выражение его лица стало жёстче. — Нет. Простите, детективы. Я не верю, что она могла мне изменять, совсем нет.

Джо заглянула ему в глаза с отрепетированной ободряющей улыбкой.

— Мы должны были спросить, чтобы убедиться. Уверена, ваша жена очень сильно вас любила.

Роджер какое-то время просто смотрел на неё, а затем кивнул и опустил взгляд.

— А семья, там были проблемы?

— Да у неё почти не было семьи. И мама, и папа уже умерли, а братьев и сестёр не было. И в принципе у неё мало родственников, да и с ними она не была близка. Они живут на западном побережье и никак с нами не связываются. Я даже имён никаких не знаю.

Джо закрыла блокнот и встала, Арнетт последовал примеру.

— Спасибо, мистер Хаммонд. Я знаю, для вас это был нелёгкий разговор.

— Я хочу, чтобы вы нашли того, кто сделал это с ней. Пожалуйста. Если вам понадобится какая-то другая информация — дайте мне знать. Просто это… в смысле… она приехала в дорогой отель с хорошей охраной… я не понимаю, как это могло произойти.

Джо снова подумала про дядю Майкла. Она положила руку на плечо мужчины.

— Мы сделаем всё возможное, чтобы получить ответы, мистер Хаммонд.

Арнетт на автомате сел на пассажирское сиденье, уступая место водителя Джо.

— Уж это точно доказало точку зрение Лоры о пассивном отрицании. Возможно, стоит купить ей цветы, когда я приеду домой, — он сделал пометку в телефоне, пока Джо заводила машину и забивала в навигатор адрес Паолы Лоуэлл, одной из двух ближайших друзей Джанин. Паола согласилась встретиться с ними в перерыве между встречами с клиентами в «Старбаксе», в нескольких километрах отсюда.

— Пассивное отрицание? Я думала, всё дело в синдроме опустевшего гнёздышка, раз теперь девочек нет.

— Оказалось, она чувствовала, что я тоже улетел из гнезда, если выражаться метафорически. Она хочет, чтобы мы попытались стать снова ближе за каким-то новым хобби, — он почесал свою бровь.

— Ну, попытаться всегда можно.

Джо запихнула подальше воспоминание о засохших цветах в мусорке и ворчливые жалобы Карла на то, что живыми она их даже не успела застать, потому что не бывает дома. Но потом в голове всплыло новое — об отце, отчитывающем её за то, что она больше его не навещает. Джо прогнала и его, прежде чем чувство вины успело нахлынуть волной.

— И зато мы выпьем там кофе; мне нужна вся возможная помощь мозгу. У меня никогда не было проблем в понимании характера жертв, но я просто не могу понять, кем была Джанин Хаммонд.

Арнетт глубоко вздохнул.

— Преданный сотрудник и начальник. Заботилась о людях, с которыми работала, но не лезла в личные дела. Домашняя — простые хобби, при которых она ни с кем не контактировала.

Джо наблюдала, как пешеход переходит через дорогу.

— Я не сомневаюсь, что муж её любил, но я просто не понимаю их отношений. Меня беспокоит вся эта простота. На поверхности мы видим типичную пару, но что-то здесь не так.

— Меня заботит одержимость деньгами и повышением. Это не входит в рамки обычного, и ей это явно не нравилось.

— Угу. Но разве не все пары ссорятся из-за денег?

Последовала долгая пауза, потом раздался щелчок поворотника и Арнетт ответил:

— Может быть.

Они приехали раньше на десять минут. Арнетт заказывал кофе, а Джо искала такой столик, чтобы не сидеть в зоне слышимости других посетителей.