— Мне не нужна защита.

— Вот как? — Он перевел взгляд на Ника. — А как насчет тех двоих, что гнались за вами в аэропорту?

— Хватит! — прервал его Ник. — Побереги свои грязные приемы для других, Маклин. Например, для моих партнеров, которых ты запугиваешь, бездоказательно уверяя, что они сотрудничают с гангстером.

— О да, конечно, ты не гангстер — всего лишь отмываешь деньги своего папаши! — отозвался Маклин. Снова повернувшись к Саманте, он протянул ей визитную карточку. — Никаких грязных приемов, мисс Кэрролл. Все было всерьез. И один из тех парней, что шли за вами следом, — наемный убийца. Так что, если надумаете…

Пораженная неприкрытой злобой, которую питали друг к другу эти двое, Саманта едва воспринимала его слова. Маклин положил карточку на стол рядом с ней.

— Вы, мисс Кэрролл, попали в дурное общество. Как только сами это поймете — звоните, не раздумывая.

С этими словами он развернулся и зашагал к бару. Ник проводил его взглядом. Лицо его было по-прежнему бесстрастно, но глаза сверкали яростью.

— Прошу прощения, — произнес он. — Я вас предупреждал.

Саманта почувствовала, как к горлу подступает тошнота. Она никогда в жизни не нарушала законов и привыкла с уважением относиться к хранителям правопорядка. В Горячих Ключах у нее даже были друзья среди местных полицейских…

Кажется, только теперь она по-настоящему осознала, как непоправимо изменилась ее жизнь. Читать о мафии в газетах — одно дело, и совсем другое — знать, что главарь мафии — твой отец. А агент ФБР — один из тех, кого она привыкла считать героями, — твой противник.

— Ему нельзя доверять, — проговорил ее брат. — Он на все готов, чтобы уничтожить «семью».

— Почему?

— Черт его знает. Но он преследует нас с таким рвением, словно для него это вопрос жизни и смерти.

— Откуда вы знаете?

— У «семьи» в ФБР свои источники информации.

— Я не это имела в виду. Откуда вы знаете, если не участвуете в… в делах «семьи»? — понизив голос, спросила Саманта.

— Я вырос в «семье». Отец готовил из меня своего наследника. И сейчас я время от времени бываю у него в доме и слышу разговоры.

Саманта молчала, подавленная всем происшедшим. Вся ее жизнь перевернулась вверх тормашками: агент ФБР утверждает, что встреча с отцом грозит ей бедой, брат уверяет, что этот агент ослеплен ненавистью и замышляет против нее зло… Кому верить?

— Держитесь от него подальше, — повторил Ник Меррит.

— Хотите меня запугать? — с вызовом спросила Саманта.

— Не думаю, что вас легко запугать. Похоже, я вас недооценил. Вы, пожалуй, еще заставите федералов побегать.

Холодность, раздражение, сухая ирония… А чего ты ждала, Саманта? Что он раскроет тебе объятия?

Наемный убийца… Этим словам агента она почему-то поверила сразу, хотя, видит бог, предпочла бы не верить. Страшно сознавать, что кто-то заплатил за твою смерть. Это означает безумную ненависть — или холодный расчет.

Саманта тряхнула головой, стараясь отделаться от странного чувства, которое вызвал фэбээровец. Загадочное ощущение близости, мурашки по спине от его прикосновения… Господи, кому же верить?

Нет, если нужно выбирать между братом и незнакомцем — она выберет брата.

— Так вы мне не ответили. Пойдете со мной к… к мистеру Мерритте

— А если я не соглашусь, вы повернетесь и улетите домой?

— Нет.