— Ну, после этого нельзя девчонку винить, что хочется и повеселиться. Сколько ей сейчас?

— Девятнадцать.

Через полтора месяца Хью О'Мара и Кармел Макналти поженились. Невеста держала свой букет поверх уже выступающего живота. Фло ходила в церковь и смотрела через ограду. Это больше походило на школьную вылазку, нежели на свадьбу — толпы больших и маленьких Макналти носились друг за другом по церковному двору.

Нэнси О'Мара практически не изменилась: она по-прежнему укладывала свои черные волосы в огромный черный узел и была так же странно одета — длинное ниспадающее красное платье и черное бархатное болеро. Она выглядела так, будто сейчас достанет кастаньеты и начнет танец, только вот на лице ее, неподвижном, как желтый кирпич, застыло отвращение. По словам довольно мрачного Хью, она терпеть не могла Кармел, а Кармел терпеть не могла свекровь. Нэнси пошла на свадьбу только потому, что боялась, что скажут люди, если ее не будет.

— Поделом тебе, — прошептала Фло. — Если бы не ты и наша Марта, Хью уже сейчас был бы женат на Кейт, и все, за исключением Нормана Камерона, были бы счастливы.

Вместо этого Кейт увязла с мужчиной, который обращался с ней, как с заключенной, а Хью женился на нелюбимой женщине. В Кармел не было ничего плохого: когда Фло узнала ее ближе, она ей понравилась. Она была доброй, щедрой до безрассудства, с сильным характером. Но она не принадлежала к тому типу, который нравился Хью. Фло схватилась за ограду обеими руками. Ее сын старался изо всех сил показать, как он радуется своей свадьбе, но мать видела, что он несчастен, как сам грех.

Фло прошла через задний двор типового дома на Муллинер-стрит и зашла в неприбранную кухню. Она закричала:

— Кармел, он готов для прогулки?

Появилась Кармел в широких штанах, одной из старых рубах Хью и с сигаретой в зубах.

— Маленький негодник полночи нам спать не давал своим смехом! Буду несказанно рада провести несколько часов без него.

Маленький мальчик ворвался на кухню и обхватил ноги Фло.

— А в «Мистери» пойдем? А в мяч будем играть? А купишь мне леденец на палочке? А можно, я буду ходить, а не в коляске сидеть?

Улыбаясь, Фло разжала ручонки, которыми малыш сжимал ее ноги, и взяла его на руки.

— А вы уже тяжелый, молодой человек!

Том О'Мара был чрезмерно активным и слишком развитым для трехлетнего ребенка. Еще младенцем он мало спал. Он не плакал, но требовал внимания, шумел, становился все громче и громче, если его игнорировали. А когда подрос, стал греметь прутьями своей детской кроватки и сбрасывать на пол вещи. В последнее время ранним утром он садился в постели и начинал рассказывать детские стишки или петь, а теперь еще и смеяться. Он уже немного умел читать, считать до ста и определять по часам время. Кармел сказала, что ей еще никогда не встречался подобный ребенок.

— У меня руки чешутся выбить дурь из этого негодника, но не будешь же бить малыша за то, что он счастлив!

Когда отношения Кармел со свекровью испортились окончательно и Нэнси была заказана дорога на Муллинер-стрит, Фло воспользовалась случаем и предложила забирать внука по утрам на прогулку.

— Правда, Фло? — с благодарностью сказала Кармел. — Честное слово, не знаю, где Хью нашел такого друга, как ты. Жаль, что не ты моя свекровь.

Был июнь — не жаркий, но довольно теплый. Фло играла с Томом в футбол, пока у нее не заболели руки и ноги. Она легла на траву и сказала, что будет штангой ворот.

— Ты можешь бить мяч в мою сторону, но не рассчитывай, что я буду отбивать. У меня больше сил нет.

Том сел ей на живот. Симпатичный карапуз с таким же бесшабашным выражением лица, что и у его деда.

— Ты старая?

— Пятьдесят один — это старая? Не знаю.

— Папа старый.