— Ну- у. Это прекрасно. — Улыбнулся Сам, запоздало указывая Кочубею на кресло. — Я знал, что у вас получится.

— К сожалению, эти подозрения связаны с деятельностью комиссии из Минобороны, о которой я вам вчера докладывал.

— Вот оно даже как, — нахмурился Президент. — А ты, брат, часом не преувеличиваешь?

— Никак нет! — Четко отрапортовал Крутый. — У меня очень

веские основания для подозрений.

— Ладно, слушай меня. Тут сейчас сидит начальник

Департамента по борьбе с терроризмом. Мы с ним согласовываем детали взаимодействия твоей следственной бригады и его орлов. Подробности получишь вечером, пока же говорю тебе одно — за следствие отвечаешь ты, а все, что касается вашей безопасности и общей оперативной работы — дело… Президент перевел глаза на генерала Кочубеева и пощелкал пальцами, прося его напомнить фамилию командира группы:

— Полковник Данич, — тихо произнес начальник Департамента.

— Полковника Данича, — повторил Президент, одновременно делая пометку в своем рабочем блокноте. — Еще вопросы есть?

— Никак нет, господин Президент, — отчеканил Крутый.

— Тогда до связи. Успехов вам, Николай Емельянович. — Он положил трубку. — Ну что ж, Иван Михайлович, вернемся к этим самым боеголовкам.

Телефон в информационном агентстве "Кордон" зазвонил долго и протяжно, как сигнал боевой тревоги.

— Слушаю вас, — поднял трубку Ривейрас, пытаясь придать голосу бархатность.

— Привет. Что у нас плохого? — раздались в трубке знакомые слова Войтовского, служившие как бы его визитной карточкой.

— Да ничего, — пожал плечами Владимир. — Потихоньку, понемножку прибавляем к мышке кошку.

— Да, и как вам это удается?

— Получается ответ: кошка есть, а мышки нет.

— М- да, — глубокомысленно изрек генеральный директор агентства. — Это хорошо. В общем, так, бери ноги в руки и рули ко мне домой. Да, вот еще, ты "Хонду" уже отогнал?

— Пока нет.

— Отгони. И возьми в гараже что-нибудь такое, попредставительней. Желательно, скандинавское.

— "Сааб" подойдет? — поинтересовался Ривейрас, не совсем еще понимая, зачем командиру понадобился представительный автомобиль, да еще и скандинавского производства.

— "Сааб"? — задумчиво повторил Войтовский. — Космические технологии, астрономические цены. Пойдет. В общем, жду тебя, скажем, минут через сорок.

— Час, — поправил его Владимир, прикинув, какие сложности возникнут при смене автомобиля в служебном гараже центра, закамуфлированного под малоизвестную фирму проката машин.

— Хорошо, час, — согласился шеф. — Ты там пристойно одет?

— Пристойно — это как?

— Пристойно, это так, чтобы, глядя на тебя, мне не было мучительно больно за бесцельно потраченные воспитательные усилия.

— Нам предстоит ехать в гости?

— Да. К одной, возможно, очаровательной даме.

Ривейрас посмотрел на себя. Джинсы и толстый свитер производили вполне благопристойное впечатление.

— Да вроде, ничего, — подытожил он результаты осмотра.

— Хорошо, тогда жду.

Через час "Сааб" цвета "брызги бургундского" просигналил у дома капитана Войтовского. Командир появился ровно через полторы минуты. Челюсть его помощника отпала, едва не повредив педаль газа, ибо представшее его взору зрелище было не для слабонервных.