|
Ведь ей пришлось бы оказаться на том месте, где насмерть разбился ее отец. Он знал, что она постоянно думала об этом, ибо старалась не смотреть в направлении лесов, когда он вел ее мимо водных цветников по широкой лестнице к каскаду фонтанов Латоны, где их разгоряченные лица освежила завеса мельчайших капелек воды. Воздух был наполнен терпкими ароматами цветов и звуками музыки, создававшими ощущение удивительной гармонии природы и искусства. Они направились в Бальную рощу и с террасы посмотрели вниз на мраморную площадку, расположенную в центре и окруженную обширной гладью фосфоресцировавшей воды. Танцоры в шелковых и атласных одеждах, усыпанных драгоценностями, совершали симметричные передвижения и образовывали красивые калейдоскопические узоры. Взорам тех, кто наблюдал сверху, открывалось чрезвычайно эффектное зрелище.
Огюстен и Маргарита спустились вниз и, поймав ритм, сразу же плавно заскользили в танце. Свет тысяч свечей преломлялся в ее кулоне и зажигал восхитительный голубой огонь, который соперничал с блеском далеких звезд в вечернем небе. Маргарите вдруг захотелось танцевать до самого утра в этом волшебном месте. Семнадцать искрившихся брызгами водопадов обрушивались каскадом на позолоченные камни и литой чугунный орнамент, а навстречу им вздымались из прудов прямые, как стрелы, струи фонтанов. Здесь царила благодатная прохлада, которая была как нельзя кстати для танцующих в этот жаркий летний вечер. В перерывах между танцами они присаживались отдохнуть на великолепно обставленной и украшенной террасе, где стояли шелковые кушетки. Когда же желающих потанцевать набралось столько, что нельзя было протолкнуться, Огюстен с Маргаритой наши более спокойное местечко — небольшую рощу с раскидистыми деревьями, где играл небольшой оркестр. Там танцевало с полдюжины пар, и все они по очереди заказывали музыкантам свою любимую мелодию. Огюстен воспользовался этим уютом и спокойствием, чтобы изредка целовать свою партнершу. Они не обращали никакого внимания на подходившие пары, пока вдруг не услышали рядом голос обратившейся к ним Сюзанны. — О, и вы здесь! Повсюду столько людей, что мы давно уже ищем место попросторнее, где не будут толкать локтями и наступать на платье… Вместе с ней был и Жак. Он тут же пригласил Маргариту, а Огюстен повел в медленном менуэте Сюзанну. Маргарита, старавшаяся не слишком часто смотреть в их сторону, все же заметила, что они оба выглядели очень счастливыми и, склонив друг к другу головы, о чем-то оживленно беседовали. В то же время она не могла пожаловаться на недостаток внимания со стороны Жака, который не скрывал любопытства по поводу ее происхождения и истории знакомства с Огюстеном. — Я что-то не могу припомнить, чтобы мы прежде встречались, — настойчиво продолжал допытываться Жак. Маргарита решила, что пришло время сказать правду. — Мы встречались, хотя вы, наверное, уже и не помните этого случая. — Как это могло произойти? — Жак, забавляясь, вел себя как заправский ловелас, и это ухаживание было приятно Маргарите, потому что усиливало ее ощущение восторга. Она словно возносилась к небу, как богиня Диана, статуя которой отсвечивала с постамента темным мрамором, когда они проплывали мимо в танце. — Попробуйте перенестись на семнадцать лет назад на первый великий королевский праздник в Версале, когда вы, Огюстен и еще два ваших товарища по мушкетерской службе остановились на постой в хижине ремесленника. Все это происходило в тот день, когда родилась я… Жак уставился на нее в немом изумлении и открыл рот. Придя в себя, он тихо засмеялся, а она улыбалась, глядя на него. — Кто бы мог подумать! Но как все-таки случилось, что Огюстен снова нашел вас? Выражение ее лица слегка изменилось: — Не спрашивайте меня об этом, особенно сегодня вечером. Это слишком печальная история, и у меня еще не зажили раны в душе, чтобы спокойно об этом рассказывать кому бы то ни было. |
