Изменить размер шрифта - +
Потом из кают не выходить. После отплытия к вам зайдут, объяснят наши правила, и вы получите свободу передвижения.

Когда матрос ушел, Уилсон поставил чемодан в угол и еще раз оглядел свою каюту: койка, умывальник, встроенный гардероб, комод, телевизор. От его последней камеры помещение отличалось едва ли не тем одним, что имело окно без решетки.

Уилсон вздохнул и прилег на койку. Контейнеры загружали на борт почти неслышно. Однако Уилсон ощущал спиной какие-то сотрясения всей «Королевы Мраморного моря» — так в тюрьме угадываешь вибрации, когда в другом конце корпуса электроника захлопывает массивные металлические двери.

На корабль Уилсон попал впервые в жизни, и ему было бы интересно пронаблюдать процесс отплытия, совершить экскурсию по судну — заодно и курнуть.

Увы, приходилось лишь бездеятельно ждать. Впрочем, Уилсона это не тяготило: девять лет тюрьмы даже самого нетерпеливого научат никуда не торопиться. Теперь в моменты вынужденного покоя он не испытывал ни малейшей внутренней тревоги — просто размышлял или безмятежно медитировал.

Сейчас он достал из бумажника напечатанную принтером фотографию Ирины и добрую минуту рассматривал ее лицо. Снимок был маленький, чтобы целиком помещаться в кармашке для кредитной карточки. Из опыта Уилсон знал, как быстро постоянные сгибы-разгибы истрепывают дорогие сердцу бумажные сувениры.

Фотографию Ирины он распечатал с сайта украинских невест (по тридцать две девушки на каждой страничке фотогалереи — тридцать две белозубые улыбки, тридцать два кокетливо-томных взгляда).

Уилсон отлично понимал, что все эти женщины ищут отнюдь не любовь с огромной буквы, а просто хотят купить билет в лучшую жизнь. Но возможно, одна из них будет билетом в лучшую жизнь для него самого.

Из сотен однообразных напряженно-веселых мордашек именно Ирина запала ему в сердце каким-то особым выражением лица. Было что-то в глазах, говорящее о глубине и неординарности души. В надежде, что он угадал верно и сердце подсказало ему правильный выбор, Уилсон уже послал два электронных письма украинке с сайта www.ukrainebrides.org. Уплатив небольшую сумму за регистрацию, он получил и нужный адрес, и подробные инструкции, как следует общаться с приглянувшимися кандидатками — чтобы не отпугнуть какой-нибудь неделикатностью. Владельцы сайта не только поставляли информацию о девушках и давали возможность переписываться с ними, но были готовы при необходимости послать к любой курьера с шоколадом или цветами. Они же могли организовать «романтическое посещение» невесты на Украине, а потом и выездную визу для нее — если встреча и личное знакомство не разочаруют.

Предлагался и более необычный, агрессивно-энергичный вариант поиска: клиент покупал «романтический тур» и мог побывать на множестве «ознакомительных встреч», которые происходили во всех больших городах Украины — от Ялты до Киева. В каждой из этих встреч обычно принимали участие пятнадцать-двадцать иностранцев и сотня местных женщин.

Уилсон пытал судьбу традиционным способом: путем переписки. В первом послании он коротко описал себя: хорошо обеспеченный тридцатилетний бизнесмен по имени Франциско д'Анкония, в данный момент занимается импортом-экспортом по всему миру. Ирина тут же отозвалась пространным застенчиво-сбивчивым письмом: работает официанткой в одесском кафе, живет с родителями и двумя сестрами. Бесхитростный стиль и простодушие ответа очаровали Уилсона. Хоть он и догадывался, что причина этой милой безыскусности — плохое знание английского языка, в каждой фразе ему все равно чудилась идущая из души прелестная невинность.

Поэтому его второе письмо напоминало послание давно и пылко влюбленного: он пел дифирамбы Ирининой красоте, уму и сердцу — и прямо говорил о своем желании «перестать метаться по планете и где-нибудь наконец осесть», разделить жизнь с женщиной, которую он будет «любить и холить».

Быстрый переход