У простодушных ливанских парней заблестели глаза.

— Вас решено премировать! За верную службу в трудных африканских условиях. Десять тысяч долларов… — Уилсон сделал красивую паузу и закончил: — Каждому!

Халид завопил и стал от радости приплясывать. А Зеро, услышав перевод сказанного, только тихо ахнул. Уилсону почудилось, что громила сейчас расплачется от радости.

Американец похлопал обоих по спине и поблагодарил от себя лично. Ему было приятно порадовать парней, которые прошли с ним все испытания. Хорошие в общем и целом ребята.

Да Роза в одиночестве сидел за столиком в другом конце зала и, потягивая джин с тоником, качал головой. Роскошный тип этот Фрэнк д'Анкония. Такие совершенные сволочи не часто рождаются на свет!

В одиннадцать утра на следующий день явился Маленький Пинг с сообщением, что деньги переведены. Через двадцать минут Уилсон дозвонился до банка в Сент-Хельере, где ему в ответ на пароль подтвердили получение. И в полдень заинтересованные стороны стояли у входа в «Банк Заироз».

Все оставили телохранителей на улице. В результате там образовалась маленькая толпа: Зеро, Халид и четыре мускулистых китайца в теннисках и темных очках — по возрасту ни один из них не получил бы выпивки в калифорнийском баре. Ливанцы и китайцы сгруппировались по разные стороны двери и настороженно переглядывались.

В хранилище Большой Пинг еще раз тщательно и не спеша перепроверил алмазы — убедиться, что это те же, которые он видел в прошлый раз. Все было в порядке. Алмазы пересыпали в накануне арендованный сейфовый ящик Большого Пинга. После этого толстый китаец удовлетворенно потряс руку Уилсона, мотая в унисон всеми своими подбородками.

— Вот и все, — сказал он, весело скаля желтые зубы. — Чао-какао!

Уилсон лукаво наклонил голову:

— Вы мне обещали еще кое-что…

Большой Пинг деловито кивнул:

— Обещал — значит, обещал. Как раз сейчас мы этим займемся. Поехали в мою лавочку.

В пути Уилсон гадал, что именно произойдет. Против Зеро и Халида он, собственно, ничего не имел. Однако они работали на Хакима, а не на него. И перекупить их было сложно и хлопотно. После продажи алмазов они становились опасны. Вряд ли ЦРУ или ФБР повязали всех членов организации Хакима, кто-то из его друзей в ближайшее время неизбежно озаботится тем, где денежки за гашиш. И в этой ситуации Зеро и Халид будут их первыми помощниками. Следовательно, таскать их за собой и впредь — себе дороже.

Конечно, поступал он некрасиво, чтобы не сказать отвратительно. Однако правильно говорят остряки: жизнь такова, какова она есть. Маленькие люди — жалкие преступления. Большие люди — грандиозные преступления. От смешного до великого — не один шаг, и шагать приходится в основном по трупам. Человек такого всемирно-исторического значения, как Уилсон, не вправе жалеть козявок вроде Зеро и Халида. Он кладет свою человечность на алтарь эпохальной мечты, чем обрекает себя на гордое одиночество, ибо сам масштаб его личности ставит непреодолимую стену между ним и прочими смертными. Кто в здравом разуме укоряет льва за убийство ягненка? Ведь только это убийство и делает его львом!

Возле лавки сын Большого Пинга тронул Уилсона за локоть и тихо сказал, кивая в сторону Зеро и Халида:

— Велите им оставаться на улице. Я вынесу стулья — им будет удобно. А мы с вами пойдем наверх.

На втором этаже оказалась богато, во французском колониальном стиле обставленная квартира, почти ничем не напоминавшая о Китае.