– Ну что, Чебнева, промашка у тебя вышла? – с ехидцей говорил он. – Утверждала, мол, бандиты не те, и что вышло? Как только тех, что ограбили кассу на Васильевском, пересажали, все закончилось! Так что учиться тебе, Чебнева, и еще раз учиться! А у кого? У меня, Чебнева!

– Есть, учиться у вас, товарищ Семенов, – отвечала Анна и шла работать дальше, уверенная, что случай поквитаться с бандитами обязательно представится.

И случай, заставив себя долго ждать, представился.

– Ань, погляди. – Лазута положил перед ней газету «Правда». – На третьей странице.

Развернув, она пробежала глазами разворот.

– Сюда смотри, – нетерпеливо ткнул пальцем в заметку Иван.

Анна прочла и подняла на него заблестевшие глаза.

– Как думаешь, Стратег или нет?

– Это он, Вань.

– Не торопишься? Ограбление в Москве. Они что, туда переехали?

– Хорошее решение, не находишь? Здесь они наследили достаточно, понимая, что мы на них злы и жаждем реванша. Вот Стратег и решил перебазироваться.

– Я бы не торопился с выводами. Подробностей-то нет.

– Нужно запросить дело у московских.

– Разрешение потребуется, а Семенов вряд ли на это пойдет. Он благодарность комиссара получил за поимку.

– А если в обход?

– С потрохами съест потом. Да и не получится, сама понимаешь.

– У тебя в московском УГРО знакомых нет?

– Моим знакомым тоже разрешение на передачу данных требуется.

– Замкнутый круг.

– А вдруг это кто-то другой? Не Стратег? Взбаламутим всех, а потом окажется, что зря.

– Вань, я чувствую, что это наши старые знакомые. Нутром чую! К делу чутье не пришьешь, но мы не можем так просто отступиться.

– Московские сами их поймают.

– Нехорошо так про товарищей говорить, но мне почему-то кажется, что не поймают. Они не знают про них столько, сколько мы с тобой. Стратег исчезнет, как в прошлый раз, и неясно, где появится снова.

Но на этот раз она ошиблась. Стратег появился. И в Ленинграде.

На этот раз банда ограбила гострудсберкассу прямо под носом у властей: на Гоголя.

Вызов поступил рано утром. Мужчина шел мимо и заметил, что дверь кассы, которая должна начать работу только через десять минут, приоткрыта. Милиция прибыла на место быстрей быстрого, но грабителей уже и след простыл.

Действовали бандиты точно по той же схеме. На лицах – марлевые маски, на руках – перчатки, рассчитано все по минутам, перемещались так, словно знали помещение как свои пять пальцев, уходили по одному в разных направлениях. На тот момент в кассе посетителей не было, двух сотрудников, которые пришли пораньше, убили, одним словом, сработали четко и предельно жестоко.

И все-таки грабители допустили ошибку, даже две. Во-первых, раненая сотрудница сберкассы осталась жива. Ее доставили в больницу и сразу прооперировали. Сохранялась надежда, что, очнувшись, женщина сможет дать хоть какую-то зацепку.

Вторая ошибка была менее очевидной. В тот день директор трудсберкассы Данилко неожиданно взял отгул.

Именно этот факт стал основанием для того, чтобы подозревать его в сговоре с грабителями.

Все были в этом уверены. Кроме Анны. Не поддержал ее даже Лазута.

– Ясно же, что это Данилко на кассу навел! Ты видела, как он вел себя на допросе? Дрожал, как осиновый лист! Пот ручьем тек!

Он сидел за столом, а она кружила рядом, заходя то сбоку, то сзади.

Влияла.

– А ты на его месте веселился бы? Он же понимает, что под подозрением.

– Правильно понимает.

– Теперь подумай. Если бы он был заодно с грабителями, стал бы так очевидно подставлять сам себя?

– А что ему оставалось? Если бы остался на работе, бандиты по идее должны были его убить.