И мило покраснела, когда этот мужчина ее рассматривал.

Внезапно гнев овладел им, он выругался. Проклятый Рейвнзвуд! Что заставило его выбрать место рядом с приютом для малолетних карманников? И почему женщина, которая руководит им, не оказалась некрасивой старой девой с отвратительным характером? Вместо этого – соблазнительная и строптивая красотка, от которой исходит аромат жасмина и миндаля. Он почти видел, как она опускает изящный пальчик во флакончик, а потом проводит им по своей безупречной нежной шее там, где соблазнительно бьется жилка.

Bon Dieu, он, должно быть, сошел с ума. Совсем не время воспылать страстью, особенно к такой женщине, как она. Леди Клара – не француженка сомнительного поведения, с которой можно удовлетворить свою похоть, и не испанская матрона, так же как он, нуждающаяся в нескольких часах приятного времяпровождения. Он уже заслужил презрение этой женщины. Нет, леди Клара не для него.

Она целомудренная англичанка. У нее есть устои, и совесть, и ожидания. Его собственная совесть требовала от него избегать женщин с ожиданиями. Вероятно, он не мог подняться до них, осаждать их чертовски хлопотно.

Кроме того, позволить какой бы то ни было женщине отвлекать его от дела было не только неразумно, но и опасно. Слава Богу, что она вняла его предостережениям, касающимся и ее самой, и ее питомцев. Капитан подозревал, что леди Клара весьма проницательна. Если бы она поняла, чем он занимается, это было бы сущим бедствием.

Слабое царапанье в боковую дверь заставило его насторожиться, прежде чем дверь распахнулась и внутрь проскользнул высокий мужчина.

– Доброе утро, Блейкли.

Морган увидел своего сослуживца из министерства внутренних дел, бочком обходившего поцарапанный шкаф с выставленными на продажу товарами, чтобы протиснуться в лавку.

– Не называйте меня Блейкли в Спитлфилдзе. Меня здесь знают как Прайса. И почему вы вообще здесь? Нельзя, чтобы нас видели вместе.

Спенсер Ло, пятый виконт Рейвнзвуд, положил руку на дубовый прилавок, сделанный из материала, явно снятого с корабля.

– Нас не увидят. Я убедился, что рядом никого нет. А если кто-нибудь и был, меня нельзя узнать в этом обличье.

Морган должен был признать, что Рейвнзвуд и вполовину не выглядел таким неуместным в этой тесной комнатушке с низким потолком, как леди Клара в узком переулке, ведущем к приюту. Несмотря на аристократичную внешность, он был одет как работяга. До того как он занял высокое положение в министерстве, он был самым успешным тайным агентом во всей Англии. И хотя уже не принимал участия в операциях, знал, что делать, если возникала необходимость. Как сейчас.

– Чем обязан удовольствию видеть вас? – спросил Морган с ноткой сарказма.

Рейвнзвуд отстранился от прилавка:

– Хотел убедиться, что это помещение пригодно для наших целей. И что я предусмотрел все необходимое для ведения дела. Обоих ваших дел.

Морган подошел к окнам, выходившим на улицу. Он оставил их грязными, чтобы любопытным прохожим было трудно рассмотреть, что происходит внутри.

Повесив на окно табличку «Закрыто», Морган повернулся к шефу:

– Помещение подходит, но меня удивляет, почему вы выбрали место рядом с приютом для перевоспитания карманников.

– Приютские мальчишки скорее разнесут слух о вашем появлении, чем кто-либо еще.

– А если со временем один или двое из них вернутся к прежнему, – сухо заметил Морган, – смею предположить, вас это не очень обеспокоит.

Рейвнзвуд пожал плечами:

– Это входит в риск, оправданный нашими целями.

– Вряд ли леди Клара согласилась бы с вами.

– Вы встречались?

– Этим утром леди Клара застала меня за совершением делки с одним из ее парнишек.