Елена положила инструмент на палубу «Ястреба» и сама уселась рядом.

– Ну, даже не знаю, с чего начать. Насколько мне известно, наш эсминец – его второй корабль. Сам он был довольно высоким и спокойным человеком.

Лена закусила губу, вороша в памяти теперь уже горькие воспоминания:

– Я не очень часто с ним виделась. На «Трафальгаре» я отвечала за применение малых судов и не часто пересекалась с капитаном. Лишь на общих собраниях. Но когда это происходило, то капитан всегда казался воплощением спокойствия и уверенности. Всегда подбадривал экипаж, старался работать на совесть и требовал этого же от подчинённых. Знаете, когда я получила назначение на «Трафальгар», я узнала, что команду на эсминец набирали в спешке. Корабль был совсем новеньким, и экипаж для него надёргали из самых разных мест. Вряд ли нас можно было назвать сплочённым коллективом, когда капитан Карсон пришёл на «Трафальгар».

На лице Елены мелькнула улыбка, когда она вспомнила первое собрание старших офицеров эсминца. Они все тогда были незнакомцами, которым требовалось притереться друг к другу. Ничего удивительного, что в первые месяцы было множество разногласий и распрей между членами команды.

– Конечно, возникали разногласия. Но капитан никогда не повышал голоса. Он всегда был спокоен, когда говорил с нами и обсуждал проблемы корабля. Знаете, в такие моменты нам всем становилось стыдно из-за этого. Уж мне-то точно. Помню, когда он сделал короткое замечание о плохой подготовке экипажа одного из ботов… – Елена рассмеялась, когда вспомнила, как сгорала от стыда под взглядом спокойных глаз капитана, когда тот тихим голосом перечислял ошибки в её действиях. – Я тогда за два месяца ребят чуть ли не до смерти загоняла, зато больше в нашу сторону не было сделано ни одного замечания.

Девушка всхлипнула и вытерла глаза, с удивлением обнаружив на них влагу. Она удивлённо посмотрела на свои пальцы и смутилась:

– Извините.

– Ничего. Я всё понимаю. Ваше описание очень сильно напоминает мне моего друга. Он тоже всегда был очень спокойным человеком. Кто-то мог бы даже сказать, что он выглядел заторможенным, но это впечатление полностью рассеивалось, стоило только с ним пообщаться. Он был полной противоположностью Дэнни. В отличие от него Нероуз всегда был шумным парнем и большим любителем повеселиться.

Лена улыбнулась:

– Да, наш капитан тоже был таким. Проводил всё время либо за работой, либо у себя в каюте. Знаете, мне всегда казалось, что он смущался того, что получил «Трафальгар». Я бы показала вам фотографии экипажа из базы данных бота, но эти ублюдки угробили банки данных…

Райн кое-что вспомнил и начал рыться в карманах кителя, пока не нашёл собственный коммуникатор.

– Совсем забыл об этом… – Пальцы Тома нашли нужный файл, и над комом появилась голограмма. – Скажите, пожалуйста, вот этот человек и ваш капитан…

На фотографии были пять человек: Райн, Нероуз, Эндрю Карсон, который стоял слева от Тома, и ещё двое сокурсников Даниэля и Эндрю, которые пошли с ними тогда в бар, расположенный в городе рядом с академией. Елена некоторое время присматривалась к фотографии, пока в её глазах не загорелся огонь узнавания.

– Д-да, это он. Только здесь он немного моложе и без бороды, но это определённо капитан Карсон.

– Чёрт…

Со вздохом разочарования Том убрал ком в карман кителя и сел на стоящий рядом с люком грузовой контейнер.

– Мне очень жаль, Том.

Лиза положила руку ему на плечо, не зная, как ещё подбодрить человека, который только что убедился, что один из его друзей погиб. В ответ Том кивнул, положив на её руку свою ладонь из плоти и крови.